Князь Куракин был, судя по всему, человеком ответственным — как минимум некоторым из своих незаконнорожденных детей он обеспечил будущее. Уже после смерти Куракина, в 1822 году, его младшие дети, Александр, Павел и Ипполит, получили разрешение от российского императора Александра I именоваться баронами, и им высочайшим указом было пожаловано российское потомственное дворянство. Именно баронам Вревским досталось в наследство поместье Куракина на Старой Басманной.
Какое-то время Вревские проживали там после смерти отца. Они не раз сдавали помещение в аренду, к примеру, было известно, что в конном манеже размещалась шведская цирковая труппа финарди, основу выступлений которых составляли конные трюки.
В 1826 дворец был арендован маршалом Мормоном для важного мероприятия: 8 сентября там состоялся бал по случаю коронации Николая 1. По свидетельствам очевидцев, одних только свеч было зажжено около полутора тысяч.
в 1821 здесь находилось частное училище с пансионом.
Но не ими был знаменит этот бал, а фразой, произнесенной на нем императором. В этот день он встречался в Кремле с вызванным в Москву из ссылки Александром Сергеевичем Пушкиным. Александр и Николай оба после этого отправились на Басманную улицу: Николай- на бал, а Александр- в дом своего дяди Василия Львовича. по легенде, Николай, войдя в бальный зал, сказал: -сегодня я разговаривал с умнейшим человеком в России. присутствующие на балу немедленно сделали вывод, что Александр Сергеевич вернулся из ссылки.
Впрочем, все эти исторические события не помешали баронам Вревским наконец продать поместье- 1836 оно перешло во владения государственной казны.
