«Любым из своих орудий человек совершенствует свои органы — как моторные, так и сенсорные — или расширяет рамки их деятельности… Человек — это, так сказать, разновидность бога на протезах, весьма величественная, когда использует все свои вспомогательные органы, но они с ним не срослись и порой доставляют ему ещё много хлопот» (57; 48-50).
Зигмунд Фрейд
Ил. 1
Приведенная цитата из работы Зигмунда Фрейда «Неудобства культуры» стала источником вдохновения и точкой отсчета для проекта книги, на страницах которой заметки на тему протетической природы человеческой телесности соседствовали бы с раскрывающим ее разнообразие визуальным рядом. Помимо этого, она стала поводом для разговора о вестиментарной моде — прежде всего, как феномене, в рамках которого тело вступает в особенно интенсивные и напряженные отношения с «протетическим» миром культуры, его формирующим и оформляющим.
Само слово «протез» происходит от древнегреческого πρόσθεσις, что означает — прибавление, присоединение. Помимо прочего — это ещё и математический термин для функции сложения. Можно сказать, речь идёт не только о дополнении одного элемента другим, но об их соединении, в результате чего возникает наделенное новыми характеристиками третье.
Среди восполняющих биологическую недостаточность человеческого субъекта протезов одежда занимает особое место как маркирующеая его тело в качестве человеческого. В то же время граница между телом и его продолжениями и расширениями стирается и смещается — тело переживается — и даже перешивается — как одежда — его перекраивают, украшают, де-формируют. Парадоксальным образом собственное тело предстает объектом внешнего мира — одним из протезов — доставляющим «хлопоты», никогда не достаточно эффективным, требующим постоянного усовершенствования.
В пяти главах настоящей книги мы попытались рассмотреть возможно более разнообразные аспекты функционирования «тела-протеза»; как организуется телесная протетическая функция и как она оказывается репрезентирована в поле моды, сопротивление тела собственной протетичности и его перспективы в ближайшем и отдаленном будущем — вопросы, попадающие в поле нашего зрения.
1. ОРТОПЕДИЧЕСКАЯ МОДА
Ил. 2
Фокус открывающей тему «тела-протеза» первой главы направлен на поиск точек сопряжения между вестиментарной модой и протезированием: в её первой части читателю предлагается взглянуть на одежду сквозь призму фрейдовской «протетической» теории культуры, в то время как вторая выстроена вокруг сюжетов переживания человеком собственного тела как отчужденного объекта.
1.1 Протетические одежды
Ил. 3
«Когда я путешествую, я везу чемодан с протезами, поскольку мне нужны варианты для разных ансамблей одежды…и протезы, и очки, которые раньше рассматривались сугубо как медицинские приспособления, теперь входят в сферу моды» (14).
Эйми Маллинз, модель, актриса, чемпионка паралимпийских игр
Среди интересных и в то же время несколько неожиданных тенденций моды теоретики последней отмечают обращение дизайнеров к такой, казалось бы, сугубо медицинской теме, как протезирование (12). В самом деле, некоторые модные аксессуары — например, очки, или трости, что носили денди в девятнадцатом веке — разве не были они изначально вызваны к жизни исключительно медицинской необходимостью? Почему та же самая судьба не может постигнуть слуховые аппараты или, скажем, ортезы для шеи? Итак, проблема протеза как модного аксессуара в последние годы привлекает к себе всё большее внимание, что же касается дизайнерских разработок в этом направлении, то некоторые из них уже получили довольно широкую известность.
Ил. 4
В 1999 году показ коллекции Александра Маккуина открывала чемпионка паралимпийских игр американка Эйми Маллинз. Слово «инвалид» Маллинз считает к себе неприменимым: «У Памелы Андерсон протезов не меньше. Никто не называет её инвалидом» (79). В том же 1999 году Эйми Маллинз была включена журналом «People’s» в число пятидесяти самых красивых людей мира.
Эйми — обладательница пар протезов, благодаря которым может по необходимости увеличивать свой рост от 173 см до 185 см, изменять длину и форму ног.
Ил. 5
«Обладание альтернативной конечностью — это про требование контроля и утверждение: „Я — личность, и это — отражение того, кем именно я являюсь“» (72).
София де Оливейра Баррата, основательница проекта «Альтернативная конечность»
Одним из наиболее ярких начинаний в сфере создания искусственных частей человеческого тела может быть назван проект Софии де Оливейры Бараты «Альтернативная конечность». После восьми лет сотрудничества с медицинской компанией художник по спецэффектам для кино и ТВ де Оливейра Барата в 2011 году основала фирму по производству протезов, которые сама называет «произведениями искусства, которые можно носить». Среди наиболее нестандартных ее творений — ноги со встроенной стереосистемой, со съемными мышцами, с мини-ящиками.
И все же «вспомогательные органы» человека «с ним не срослись и доставляют ему порой ещё немало хлопот». Человеческая жизнь проходит в этих хлопотах. Мы живём, окружённые протезами, посвящая большую часть времени их созданию, усовершенствованию, содержанию. Протезы служат нам или мы обслуживаем их?
1.2 Носимое тело
Ил. 6
Расширяя значение слова «одежда», ученые из Массачусетского Технологического Института Энн Фаренн и Эндрю Хатчинсон включают в это понятие «любые предметы, которые, тесно взаимодействуя с телом, становятся его функциональным или коммуникативным продолжением» (55; 91). Итак, носящее протетический характер предметное окружение человека мыслится и переживается им как расширение и продолжение его тела. Интересно, однако, то, что и его собственное тело представляется имеющим такую же природу и наделенным теми же качествами.
Ил. 7
«Никогда не подгоняйте платье по своим меркам, а тренируйте тело, чтобы платье сидело хорошо» (50; 335).
Эльза Скиапарелли, модельер
Ил. 8
Тело, чья форма задается формами его внешних оболочек словно замещается последними, уступая им свое место. Легендарный дизайнер одежды Эльза Скиапарелли, по сути, говорит о том, что не протез предназначен для эффективного функционирования человеческого тела, но тело призвано обеспечивать эффективное функционирование протеза.
Эта тема красной нитью проходит через ее творчество: подвижность границы между внутренним и внешним, приводящая к спутанности между телом и одеждой. Ставший в 2019 году арт-директором после почти полувекового перерыва возобновившего свою работу модного дома Sciaparelli Дэниел Розберри в своих коллекциях постоянно возвращается к тому же сюжету.
