Мы считаем, что беседа с калмыцким фотографом является самой эксклюзивной частью нашего медиа. Алдару Киштенову всего 25 лет, но он уже является одним из самых узнаваемых и востребованных фотографов Элисты. Наша команда расспросила его о том, как он достиг такого статуса и начал сотрудничать с самыми популярными брендами Калмыкии.
— Каков был твой путь в фотографии, как ты вообще к этому пришёл? Где можно в Элисте научиться фотографии? Есть ли какие-то специальные места, где этому учат?
— Я фотографией уже занимаюсь около чуть больше 5-ти лет, наверное. Если в целом говорить, я пришёл в фотографию после двух операций на сердце. Я такой: «так нужно чем-то заниматься, чем-то таким прикольным иначе, ну, иначе я тут долго не проживу». И после операции я занялся фотографией в 19 году, тогда у студентов была возможность этим заниматься в Калмыкии. У нас была такая организация студенческая «Перрикон» в КГУ. Мы там на бесплатной основе обучались фото и видео. Пацанов обучали больше под видео, потому что там надо таскать всю эту байду большую, девчонки больше по фотографии и журналистике. Я обучался где-то около полутора лет, пока мастер не уехал на пмж и мы тут остались одни. Грубо говоря, более-менее профессионально я начал заниматься года 2 назад.
«Я такой: Так нужно чем-то заниматься, чем-то таким прикольным иначе, ну, иначе я тут долго не проживу».
— Ты сказал про проблемы со здоровьем, как тебя это побудило заниматься именно фотографией? Ведь есть много разных вариантов, возможно было какое-то конкретное событие или ты что-то увидел?
— Тем, кто видит меня в первый раз, я отвечаю: «ну, просто по приколу». Серьёзно, как бы это сейчас не звучало, но реально по приколу, то есть я фотографией занялся, я увидел то, что профкомовские активисты фоткают на мероприятии, мне стало интересно. Когда у меня проблемы со здоровьем начались, единственное, о чем я думал — это фотография.
— А с чего ты начинал? Просто с телефона или была какая-то пленка?
— Я до вот такой вот плёночной камеры дошёл только в этом году. Когда мы только пришли, мы сразу фоткали на цифровые фотоаппараты. Я начал сразу с хорошей техникой работать, и там, кстати, были все условия. А еще компьютеры обновили, и вообще был шик, мы туда могли просто бесплатно приходить, работать над своими проектами, нас никак не ограничивали. Может, по времени только и все, допоздна сидели.
— Как тебе работа с плёнкой?
— Блин, честно, первый раз раз я купил самую дорогую плёнку в Москве, потому что я не знал, как это работает. Я ее взял ради самого процесса, ну, типа, там фоткаешь, потом отправляешь на проявку и смотришь, что получилось. В итоге вроде прикольно получилось.
— Когда мы с Кариной смотрели твой аккаунт, одна из первых вещей, которая попалась на глаза, это фраза про Вонга Каравая. Расскажи, пожалуйста, в чем влияние его творчества на твоё и как ты вообще познакомился с этим автором, что тебя в нём привлекает?
— У творческого человека всегда появляется та фаза, в которой он определяет свой стиль. У меня такая фаза была года 3 назад. Я посмотрел почти все его [Вонга Каравая] фильмы, и у меня прям несколько работ очень сильно вдохновлены этим режиссёром. Мне нравится, как он работал с оператором. У них очень сильный коннект был. Сам цветокор, сама структура повествования или сам вот этот вайб, он мне очень сильно нравится. Во-первых, это до сих пор смотрится необычно. Мы же как бы азиатский регион, и я стараюсь этот стиль Азии адаптировать под калмыцкие вайбы. Я очень сильно им вдохновляюсь. Это один из моих любимых режиссёров.
— Ты в начале сказал, что твой стиль немного нетипичен для Калмыкии. В чем это проявляется?
— Мне так говорят, ну, я думаю, что, возможно, я не снимаю на простом фоне. Или даже если я в студии снимаю, я использую какую-то отдельную обработку. Сейчас много СММщиков, они могут получить картинку со своего телефона, а это база. Нормальный цвет кожи, нормальный цвет задника и все. Я стараюсь сделать все свои работы более киношными. У меня все работы такие, будто я стараюсь сделать кадры из кино, есть ощущение, что это коммерция. Я стараюсь совместить фотографию и кино, если мы будем смотреть на фотографию через призму просто фотографа, а не операторов, то это будет не та фотография, которая будет цеплять. Вся лучшая фотография идёт сначала через кино. Я в фотографию вкладываю смысл. Я стараюсь создавать сюжет. То есть, любая серия как-то по смыслу завершена.
«Я стараюсь совместить фотографию и кино, если мы будем смотреть на фотографию через призму просто фотографа, а не операторов, то это будет не та фотография, которая будет цеплять».
— У тебя есть любимый коммерческий проект, в котором ты максимально смог раскрыться как художник, соединить и кино, и фотографию?
— Наверное, вы видели последние работы. Там была девушка, это один из лучших моих последних проектов. Во-первых, сами национальные украшения. Весь образ, который вы видели, мы подбирали вместе с владелицей. Она дала полную свободу. Я к ним пришёл, говорю: «я хочу вот такую картинку», на телефоне показываю, у меня там мини-презентация. Они говорят, «да, будем делать». Мы очень классно поработали, делали съёмку, особенно много видео получилось, прям киношные получились. Очень положительный фидбэк получил от заказчика. Проект еще и очень классный в плане медийности от моих подписчиков в том числе. Плюс ещё мы с этой работой прошли в фото «Vogue».
— По каким принципам ты адаптируешь одну культуру под другую? Вот картинка была с Казахстана, ты ей вдохновился — интересно узнать, как ты ее адаптируешь под калмыцкую съемку, и то же самое с Вонгом Караваем. Это азиатский режиссёр, но ты каким-то образом адаптируешь под свою культуру. Может быть, у тебя уже сложились какие-то принципы адаптации?
— У нас с Казахстаном плюс-минус все очень похоже. Может быть, у нас отличается 30-40%, но в принципе культура схожа. Я за ними слежу, очень вдохновляюсь Казахстаном, именно как страной с культурной точки зрения. Отдельно — Монголией. Это две страны, которые у меня в приоритете, если мы готовим национальные съёмки. Немного сложно адаптировать, если мы говорим про Калмыкию, потому что у нас очень мало, кто занимается качественным производством. Те же накосники. Я не хочу на себя пуха накидывать, но мы ввели моду на накосники. Сейчас локальные бренды стараются делать их. Эти элементы очень сложно найти, именно чтобы они были калмыцкие.
В принципе, я просто беру картинку, и думаю, какие элементы хорошо смотрелись бы здесь, какие там, а какие — вот тут. У меня в голове только идет объединение всей композиции. Единственная сложность — в реализации. У нас очень сложно найти качественную национальную одежду. Например, у тех же казахов или у кыргызов свои бренды, у них это очень сильно развито. И продолжает развиваться, кстати, намного быстрее, чем у нас. А так — все зависит от хорошо подобранной команды. Мы здесь, в Калмыкии, можем любую съёмку провести. Главное — хорошо подобранная команда и модели.
«Мы здесь, в Калмыкии, можем любую съёмку провести. Главное — хорошо подобранная команда и модели».
— Есть ли какие-то приёмы помимо орнаментов, узнаваемых культурных знаков, чтобы человек посмотрел на фотографию и сказал: «это не казахская фотография, а калмыцкая»?
— Мы можем использовать цветовую гамму. У нас цветовая гамма ближе к тибетской традиции. Например, у того же Казахстана она более холодная. В Калмыкии она ближе к буддизму направлена. Если объединять цвета буддизма, алый, оранжевый, эти цвета более тёплые. Ещё у нас очень жарко, и это я тоже стараюсь передать в работах.
— Тебе сейчас 25 лет, ты молодой фотограф. Расскажи, какие у тебя есть планы, может быть, цели какие-то, куда ты хочешь выйти как фотограф?
— Я думал об этом, как хорошая отправная точка — Казахстан, Монголия. Сейчас объясню, почему. Очень пристально слежу за казахским «Elle» — это один из главных источников вдохновения. И сейчас вся интересная движуха в центральной Азии, а Казахстан один из лидеров в этой индустрии. Почему Монголия? Потому что, во-первых, этнически — это наша, моя родина. Я хочу просто туда съездить, а в Казахстане можно хорошо поработать. Плюс мне нравится несколько фотографов оттуда, с кем бы я поработал, хотя бы бэком. Плюс очень много классных блогеров и фотографов. Ещё съездил бы в Алматы.
«У меня и сейчас вся интересная движуха в центральной Азии».
— В своих проектах ты бы хотел рассказывать про Калмыкию, чтобы больше людей узнавало об этом месте?
— Пока я здесь. Есть несколько брендов, которые готовы реализовывать мои идеи, платить мне достаточно хорошие деньги для республики, скажем так. Я хочу реализовать несколько фотопроектов, которые будут равняться на казахстанский «Elle». По качеству картинки, по качеству всего, я стараюсь это развивать, потому что у нас очень мало фотографов, которые объединяют коммерцию, и этнический стиль. Я стараюсь это объединять. Чтобы за мой стиль этнический, очень красивый и очень прикольный, хорошо платили, и при этом чтобы был хороший бэк наших, скажем так. За пределами у нас очень много фидбэка почему-то. После определённых съёмок заказывают много украшений из Москвы и Америки. Мы стараемся популяризировать, как можем, и стараемся делать нетипично. Есть вообще в планах привозить в Калмыкию очень известные бренды — „J.Kim» , например. Очень классный бренд, я бы его привёз сюда, сделал здесь какой-нибудь кампейн.
Казахстан — это сейчас некая Мекка после всех событий, которые были в 2022 году. Большая часть творческих людей туда уехала. И сейчас я вижу, к чему это привело. Казахстан сейчас потихоньку выравнивается. Он намного впереди идёт по креативному контенту в центральной Азии. Даже может с Россией потягаться в этом плане.
«Мы стараемся популяризировать, как можем, и стараемся делать нетипично».
— Ты себя совсем не видишь работающим с неазиатской эстетикой?
— Меня очень сильно привлекает азиатская культура, вся абсолютно. Начиная с Центральной Азии и заканчивая народами Китая. Есть несколько российских брендов. Может быть, вы их знаете, они делают такие, кокошники. Вот с ними я бы поработал, но меня больше тянет в Азию почему-то, может быть, чисто из-за культурного какого-то пласта. Возможно, я хочу посмотреть, например, тот же Казахстан или тот же Кыргызстан, как они свою культуру продвигают и как они её возрождают. Я бы еще поработал с какими-нибудь арабскими брендами. Из Саудовской Аравии есть парочку из Турции или из Марокко. Меня больше вот туда тянет.
— С кем бы ещё из брендов ты бы хотел поработать?
— Честно, тут немного сложно. Я могу сказать по брендам, что-то типа «Диора», я бы адаптировал их под Азию спокойно. Я поработал бы ещё с «Ushatava» , по их съёмкам они больше ориентируются на Азию. Последний кампейн, который они сделали в Японии, это что за чудо? Если из прям мировых-мировых брендов, единственное, куда я хотел бы попасть, это фотоагентство „Magnum». Максимально сложно туда попасть. Нужно с кем-то познакомиться. Есть фотограф советско-российского происхождения — Пинхассов Георгий. Он единственный, грубо говоря, русский, кто туда попал. Может, я буду вторым?
— Мы смотрели твой телеграм канал, у тебя там очень много фотографий далеко не портретных. Ты архитектуру фотографируешь.
— Телегу я давно не веду, как вы, наверное, заметили. Честно, в таких регионах, в наших российских провинциях, особенно в национальных республиках мало, кто просто фотографирует город красиво. Все фотографы в провинциальных городах в большинстве своём работают либо на бюджетный сектор, либо на свадьбах. Я стараюсь делать красивые фотографии. И по крайней мере пока мне в Калмыкии это удаётся. Сфотографировать красиво Москву легко, выйди на улицу да сфоткай, ты уже получишь хорошие фотографии в Москве, в Питере. Плюс-минус точно так же Краснодаре. А вот делать хорошие фотографии, красивые фотографии, именно вайбово, в городе, у которого население сто тысяч, это уже надо подумать. То, что вы видите в телеграмме, я пока для себя оставил.
— Мы видели, что у тебя была съёмка с магазином техники смартфонов. Интересно, как ты связал магазин техники с культурным контекстом. Долго придумывали концепцию этой съёмки?
— Ну, не совсем. Я был на той локации, и у меня всегда в голове есть примерный образ, если меня просят сделать национальную тему. У меня уже есть мысли, в основном это девушек всегда касается, потому что в моих работах упор идет на девушку. Эти образы всегда есть. Например, мой инстаграм — это, по сути, просто галерея. Работы от разных художников, фотохудожников, видеографов. В основном всё, что связано с Азией.
Блиц опрос!
— Любимый фотограф? — Полина Вашингтон
— Любимый режиссёр? — Помимо Каравая — Вильнев
— Любимое место для съёмок в Калмыкии? — Центральный рынок, где много мяса и где много всякой грязи
— А место в мире, в котором ты бы хотел провести съёмку? — Ооо, наверное, этот пустыня в Иордании.
— Любимый художник? — Ван Гог
— Ты как фотограф через 5 лет — Работаю в «Vogue» , если не Элиста, то Алматы, Москва или Питер
— Чб или цвет? — Цвет
Контакты Алдара:
Почта: aldar.kishtenov@yandex.ru Tg: https://t.me/odinokiii_stranik IG (запрещенная на территории РФ): https://www.instagram.com/odinokiii_stranik?igsh=enZpYnhhMTE4aTg2
