Эволюция визуального стиля «сute horror» в цифровых нарративах

1. Концепция
2. Телесный ужас и зарождение
3. Мета-хоррор
4. Вторжение системы в жизнь
5. Заключение

Возможно, вы когда-то видели совмещение милых вещей с ужасами, убийствами, кровью, пугающими действиями или страшной трансформацией. Такое явление и визуальный стиль называют «cute gore», «cute horror» или же «creepy cute».

В этом визуальном исследовании я бы хотела разобрать, что это за стиль, как он появился, его эволюцию и почему он так привлекает многих людей, а для анализа я буду использовать преимущественно визуальные новеллы и симуляторы.

Начнем с того, где такой стиль чаще всего появлялся и откуда пошел. Eroguro — основа происхождения стиля cute horror, в котором содержится эротический абсурд, а зародился он в Японии, примерно в 1920–1930 годах, когда в стране возникло ослабление цензуры. К концу 20 века началась зарождаться культура «kawaii», которая со временем стала японским культурным феноменом.

Появление темной стороны этой культуры началось постепенно, когда жанр начал смешиваться с другими, такими как eroguro, body horror, psychological instability и прочими жанрами, так появляется идея того, что милое может быть чем-то пугающим, опасным и тревожным.

Главная причина, по которой этот жанр цепляет многих людей — это эмоциональный контраст, который создается переключением от милого к страшному. Изначально создается ощущение уюта, безопасности и доверия, а потом это вытекает в ужас, страх, тревогу и психологический слом. Эффект разрушенной безопасности вызывает большой интерес к продуктам этого жанра, поэтому он стал так популярен.

Чем милый хоррор отличается от обычного хоррора? В первую очередь — это визуальная часть. В обычном хорроре обычно используется темная палитра цветов, присутствуют монстры, мрачные пространства, чтобы создать ощущение страха. В милом хорроре используется другой подход к ощущению ужаса, поскольку основная идея в том, что даже привлекательным вещам не всегда можно доверять, поэтому ужас скрывается за пастельными или яркими цветами, симпатичными образами и приятной, располагающей атмосферой.

Большую часть популярности этот жанр получил в интернет-культуре, и он не всегда только про кровь и мясо, смешанные с милотой. Со временем жанр начал преобразовываться от простого смешения со страшным в отображение разных психических нестабильностей, такие как зависимость, одержимость и одиночество, иначе говоря — он стал отображать в себе актуальные проблемы многих людей, которые преподносят таким способом. Именно поэтому он сейчас так популярен среди молодой аудитории, ведь отображает страхи связанные с эмоциональной нестабильностью, цифровой культурой и социальными взаимодействиями.

В этом визуальном исследовании я рассмотрю как этот стиль проявился в играх разных эпох, его эволюцию и изменение визуального языка, а также способы взаимодействия с игроком.

Cute horror основывается на столкновении двух противоположных эстетик: милой moe и жестокой gore. Сцены насилия, крови, выпотрошенных кишок и смерти скрываются за миловидными персонажами, и это вызывает у зрителя эмоциональный диссонанс.

В раннем cute horror, когда стиль только начинал появляться, основным источником ужаса являлись телесные деформации, маньяки и другие разрушения тела. В играх появляются человеческие внутренности, мутации или вовсе потеря облика

Ощущение доверие и уюта разрушается после жестоких сцен насилия, такой прием важен для жанра и является его основой.

Интерфейс один из основных показателей того, как эволюционировал этот стиль и как он влиял на игрока. На раннем этапе появления почти не было интерфейса, особенно интерактивного и игрок был наблюдателем, а не участником.

Есть и современные варианты новелл с body horror, один из примеров — Anomalous Coffee Machine.

В этой игре вам нужно делать кофе из разных слов или словосочетаний, и в зависимости от названия напитка персонаж получает трансформацию.

С течением времени cute horror начинает уходить от упора на деформации тела и мутации, а главным источником тревоги и страха становятся психологические переживания. Игра комбинирует прямой шок от жестокой картинки с тревожностью и эмоциональной привязанностью. Игрок становится не просто наблюдателем, а участником процесса.

Важный этап развития этого жанра, потому что во многих следующих играх, которые будут появляться в этом стиле, персонаж знает о существовании игрока и самой игры, и это станет основным источником давления.

Теперь интерфейс — часть повествования и то, с помощью чего создается страх в том числе. Важно понимать, что интерфейс всегда ощущался как вещь, которая находится на стороне игрока и как вещь, которую игрок может контролировать, поэтому потеря контроля над интерфейсом может ощущаться как дополнительное давление и попытка запереть.

Большое количество игр в таком жанре начинают показывать зависимость и одержимость как форму любви, от которой игроку теперь некуда бежать, ведь он теперь часть системы.

Интерфейс прогрессирует в своей интерактивности, и, от простого ограничения выбора ответов персонажем, он добирается до твоего рабочего экрана.

В игре Needy Girl Overdose все действия происходят в интерфейсе, а игрок должен быть модератором платформы для стриминга.

Теперь практически весь центр жанра сводится к безумию, нездоровой психике персонажа и созависимости. Стиль проектов менялся от кишок и крови до глитчей и цифрового безумия, демонстрируя максимальную нестабильность персонажей

При выходе из игры персонаж против того, чтобы игрок вышел и это получается не всегда с первой попытки.

Мы рассмотрели, как жанр «cute horror» эволюционировал вместе с развитием цифровой культуры и визуальных медиа. Изначально этот стиль строился в основном на контрасте между kawaii-эстетикой и телесным ужасом: кровь, жестокость и body horror сталкивались с образами милых персонажей, создавая эффект разрушенной безопасности. Со временем жанр начал отходить от исключительно физического ужаса и все больше переходить к психологическому воздействию. В 2010-х годах важной частью cute horror становятся ломание четвертой стены, мета-нарратив и взаимодействие игры с самим игроком. Ужас начинает существовать не только внутри истории, но и за ее пределами, затрагивая интерфейс, сохранения, игровые файлы и ощущение контроля.