Тема моего исследования — «Фотографический образ лидера мнений в российском глянце». Меня заинтересовало не просто то, как в журналах снимают известных людей, а то, как через фотографию складывается образ человека, которому общество уже привыкло доверять, подражать или приписывать культурную значимость. Отправной точкой для меня стал фотограф Платон. В его подходе меня заинтересовало не только то, как выглядит портрет, но и то, как он возникает. В его практике важна не нейтральная фиксация внешности, а попытка увидеть за публичным статусом живого человека. Поэтому в исследовании российского глянца я смотрю не только на внешнюю эффектность кадра, а на то, как фотограф работает с героем и переводит его известность, характер и влияние в визуальный образ.
В своей работе я рассматриваю глянец не просто как журнальную эстетику, а как особую визуальную систему, с помощью которой общество определяет значимость человека. Лидер мнений появляется в кадре уже с определённым статусом — он может быть артистом, телеведущим, музыкантом, редактором, режиссёром, моделью, предпринимателем или культурным героем. Однако именно фотография задаёт то, как это влияние будет восприниматься: через дистанцию, мягкость, контакт, экспрессию, иронию, театральность, свет, позу, костюм, окружение или ретушь. Для меня важно исследовать не только то, кто изображён, но и то, каким образом изображение делает этого человека значимым.
Перед анализом пяти основных авторов я рассмотрю, как в России складывался язык журнального и глянцевого портрета. Для этого обращаюсь к отдельным фотографам и изданиям. В этом контексте для меня важны «Коммерсантъ», Vogue Russia, GQ Russia, «Афиша», а также работы Сергея Берменьева, Сергея Леонтьева, Игоря Гаврилова. Этот материал нужен для понимания визуальной почвы, на которой позже формируется российский глянцевый портрет. Основные объекты исследования — Данил Головкин, Владимир Широков, Ольга Тупоногова-Волкова, Влад Локтев и Слава Филиппов. Рассмотрю их работы как разные варианты уже сложившегося фотографического образа лидера мнений в российском глянце.
Актуальность этой темы связана с тем, что сегодня образ лидера мнений всё чаще подчёркивается именно визуально. При этом многие приёмы, которые сейчас используются в цифровой среде, во многом выросли из журнальной и глянцевой фотографии. Поэтому обращение к российскому глянцу позволяет понять не только историю журнального портрета, но и то, как в современной коммуникации вообще создаётся визуальное доверие к публичному человеку.
В результате исследование должно показать, что в российском глянце образ лидера мнений складывается не только из известности героя, но и из устойчивых фотографических решений. Через выбранных авторов можно увидеть разные способы визуального оформления влияния: элитарный, контактный, театральный, атмосферный, ироничный и документально-психологический. Именно сравнение этих моделей становится главным предметом моей работы.
Рубрикатор
[1] [2] [3] [4]
«Коммерсантъ» № 8 от февраля 1990 года | Никита Кириченко, основатель экономической журналистики в постсоветской России. Фото: Виктор Васенин, Коммерсантъ
Российский глянец формировался не как замкнутая индустрия, а на стыке разных медийных традиций. В начале 1990-х годов важную роль сыграла новая деловая пресса: с 8 января 1990 года стал регулярно выходить «Коммерсантъ», который предложил иной тип публичности — более резкий, деловой, ориентированный на новую экономическую и политическую элиту. Это ещё не был глянец в привычном смысле, но уже тогда лицо публичного человека стало восприниматься как знак статуса, денег, влияния и принадлежности к новому времени.
В конце 1990-х в России появилась уже собственно глянцевая инфраструктура: в 1997 году начал выходить L’Officiel Russia, в 1998 — Vogue Russia, а в 2001 — GQ Russia. Особенно важен для истории российского глянца Vogue: его первый номер вышел в августе 1998 года, а обложку с Кейт Мосс и Эмбер Валеттой снял Марио Тестино. С этого момента глянец стал задавать не только моду, но и визуальную норму публичного человека — как должна выглядеть звезда, модель, редактор, актёр, бизнесмен или культурный герой.
Журнал «Афиша» № 1, 2, 4, 6 и 8, 1999 год
Отдельное место занимает журнал «Афиша», который выходил с апреля 1999 по декабрь 2015 года. Он не был классическим глянцем, но сыграл большую роль в формировании российского журнального портрета: здесь публичный человек мог быть показан не только как идеальная звезда, но и как городской персонаж, герой культурной сцены, участник эксперимента или визуальной шутки.
Андрей Битов, 1995 год | Михаил Жванецкий, 1994 год | Фотографии, Жизнь Фото: Игорь Гаврилов
Игорь Гаврилов важен как представитель фотожурналистической линии, из которой глянец частично наследует интерес к реальному человеку и выразительному моменту. Он работал в журнале «Огонёк» с 1975 по 1988 год, снимал позднесоветскую повседневность, Чернобыль, социальные и политические изменения, а в 1989 году получил награду World Press Photo. У Гаврилова публичный человек или событие не стилизуются под идеальный образ, а включаются в живую историческую среду.
Александр Градский, 1974 год | Виктор Пелевин, 2000 год Фото: Игорь Гаврилов
Александр Солженицын во время пресс-конференции о его возвращении на Родину, 1994 год Фото: Игорь Гаврилов
Сергей Леонтьев нужен как фигура между художественной фотографией и журнальным экспериментом. В 1987 году он входил в группу «Непосредственная фотография» вместе с Алексеем Шульгиным, Игорем Мухиным и другими авторами, а позднее был связан с журнальной и портретной съёмкой. В исследовании его можно рассматривать как пример портрета, где важна не глянцевая идеализация, а форма: ракурс, жесткость, энергия человека, точка сборки кадра.
Серия «Нефть», 2010 год Фото: Сергей Леонтьев
Марий Эл. 24–28 июля 2003 г. Фото: Сергей Леонтьев
Сергей Берменьев нужен как линия классического портрета значимости. В его практике важны культурные, политические и мировые публичные фигуры: среди его героев указываются Феллини, Бродский, Плисецкая, Тарантино, Пачино, Де Ниро, Паваротти и другие. В отличие от журнального глянца, где образ часто связан со стилем, модой и редакционной задачей, у Берменьева портрет работает на ощущение масштаба личности. Для исследования это хороший контраст: лидер мнений здесь показан как человек с культурным или историческим весом.
Квентин Тарантино и Виктор Цой | Джек Николсон и Сергей Безруков | Сергей Безруков и Иосиф Бродский | Жаклин Биссет и Роберт Де Ниро Фото: Сергей Берменьев
Майя Плисецкая Фото: Сергей Берменьев
На этом фоне работы Головкина, Широкова, Тупоноговой-Волковой, Локтева и Филиппова можно рассматривать уже как разные варианты сформировавшегося глянцевого портрета: от экспрессии и контактности до театральной постановки, атмосферы и ироничной фотографии.
Влад Локтев
Эдуард Артемьев и Никита Михалков | Никита Михалков Фото: Влад Локтев
Никита Михалков Фото: Влад Локтев
Локтев работает с образом публичного человека как с частью закрытой культурной среды. В его портретах важен не только герой, но и то, как вокруг него выстраивается круг: другие фигуры, пространство, дистанция, поза, жест. Поэтому влияние здесь считывается не напрямую, а через принадлежность к определённому миру — миру кино, искусства, дипломатии, бизнеса, светской и профессиональной элиты.
Оксана Акиньшина Фото: Влад Локтев
Владимир Машков | Аркадий Новиков Фото: Влад Локтев
Его портретная стратегия держится на экспрессии. Статус у Локтева проявляется через напряжение тела, взгляд, движение, иногда резкий психологический или композиционный акцент.
Владимир Кожин | Жан Де Глиниасти. Посол Франции в России Фото: Влад Локтев
