РУБРИКАТОР
I. КОНЦЕПЦИЯ
II. ТЕОРИТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ
III. РОКОКО И МАРИЯ-АНТУАНЕТТА В ФЕШН-ФОТОГРАФИИ — Цитирование и стилизация под живопись рококо — Трагический подтекст образа Марии-Антуанетты — Роскошь и элитарность как визуальный код — Театрализация fashion-фотографии — Эстетика избыточности в рококо
IV. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
V. БИБЛИОГРАФИЯ И ИСТОЧНИКИ ИЗОБРАЖЕНИЙ
I. КОНЦЕПЦИЯ
Модная фотография является не только коммерческим инструментом, но и способом художественного высказывания, в котором соединяются история, культура, театральность и визуальная фантазия. Одним из заметных направлений такого переосмысления является обращение к эстетике рококо и образу Марии-Антуанетты.
В современной модной фотографии Мария-Антуанетта воспринимается не только как реальная историческая личность, но и как устойчивый культурный образ. Она ассоциируется с роскошью, изяществом, женственностью, юностью, избыточностью и одновременно с хрупкостью власти. Через корсеты, пышные юбки, парики, нежную пастельную палитру, фарфоровую кожу, сладости, цветы и дворцовые пространства фотографы создают особый визуальный мир, где мода превращается в стилизованную историческую постановку.
Кирстен Данст в роли Марии-Антуанетты. Кадр из фильма Софии Копполы «Мария-Антуанетта», 2006 год
Актуальность выбранной темы связана с тем, что современная fashion-фотография всё чаще использует исторические стили не ради буквального воспроизведения прошлого, а как способ говорить о проблемах и ценностях настоящего. Рококо в таких работах становится не просто декоративным направлением XVIII века, а выразительным визуальным кодом. С его помощью можно раскрывать темы красоты, социального статуса, власти, искусственности, желания, потребления и образа женщины в культуре.
Особенно важным становится образ Марии-Антуанетты, который в массовой культуре связан с модой, роскошью и трагической судьбой. В современной фотографии этот образ приобретает двойственный характер: с одной стороны, он создаёт привлекательную сказочную картинку, с другой — позволяет критически рассматривать культ гламура, избытка и социального неравенства.
В данном исследовании предлагается рассмотреть период с 1980 по 2020-е годы, так как именно с 1980-х годов исторические и дворцовые мотивы начинают активно использоваться в fashion-фотографии не только как декоративный фон, но и как самостоятельный художественный приём.
Гипотеза исследования заключается в том, что современная модная фотография переосмысляет эстетику рококо и образ Марии-Антуанетты как многослойный визуально-культурный код. Используя мотивы придворного портрета, роскоши, элитарности и театральности, fashion-фотография создаёт гиперэстетизированный образ аристократического прошлого, совмещая романтизацию гламура с трагическим подтекстом, иронией и критикой потребления.
Цель исследования — рассмотреть, каким образом мотивы рококо и образ Марии-Антуанетты проявляются в современной модной фотографии, а также определить их ключевые визуальные особенности и смысловые функции.
Для проверки данной гипотезы визуальный материал отбирается по нескольким критериям: во-первых, это должны быть fashion-съёмки, рекламные кампании или редакционные проекты, авторские fashion-ориентированные фотопроекты на стыке модной и художественной фотографии созданные в период с конца 1970-х по 2020-е годы; во-вторых, в них должна присутствовать явная отсылка к эстетике рококо, дворцовой культуре XVIII века или образу Марии-Антуанетты через костюм, цветовую палитру, композицию, интерьер, позирование или символические элементы; в-третьих, это должны быть значимые проекты, опубликованные в модных журналах, рекламных кампаниях известных брендов или получившие заметный отклик в визуальной культуре и медиа.
II. ТЕОРИТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ
Теоретические основы исследования связаны с пониманием образа Марии-Антуанетты и эстетики рококо как важных визуальных кодов современной модной фотографии. Мария-Антуанетта в модной культуре воспринимается не только как историческая личность, но и как устойчивый символ роскоши, женственности, молодости, власти, избыточности и трагической хрупкости. Её образ особенно важен для модной фотографии, потому что он изначально связан с модой, самопрезентацией и созданием публичного визуального образа. В XVIII веке одежда, причёска, ткани и украшения были способом демонстрации статуса, а сегодня эти элементы становятся узнаваемыми знаками в модной съёмке.
Уильям Хогарт, «Утренний приём у графини», из серии «Модный брак», 1743–1745
В модной фотографии образ Марии-Антуанетты чаще всего раскрывается через характерные визуальные элементы: пышные платья, корсеты, высокие причёски, пастельную цветовую палитру, фарфоровую кожу, цветы, сладости и дворцовые интерьеры. Эти детали формируют атмосферу роскоши, утончённости и театральности, создавая образ сказочной, элитарной и намеренно искусственной красоты.
Однако значение этого образа не ограничивается только декоративностью. Мария-Антуанетта несёт в себе двойственный смысл: с одной стороны, она ассоциируется с изяществом, модной фантазией и аристократической роскошью, с другой — с избыточным потреблением, социальным неравенством и хрупкостью власти. Поэтому в модной фотографии её образ может использоваться не только для романтизации гламура, но и для его критического осмысления.
Эстетика рококо занимает важное место в современной модной фотографии. Этот стиль ассоциируется с декоративностью, изяществом, пастельной цветовой палитрой, орнаментальностью, театральностью, лёгкостью и стремлением к удовольствию. Благодаря этому обращение к рококо позволяет создавать утончённые и визуально насыщенные образы.
Для модной фотографии рококо оказывается особенно органичным визуальным языком, поскольку помогает формировать гиперэстетизированную реальность, в которой одежда воспринимается не просто как предмет гардероба, а как часть художественного высказывания. В такой съёмке модель становится персонажем, интерьер — сценой, а костюм — важнейшим выразителем идеи и настроения.
Кадр из фильма Софии Копполы «Мария-Антуанетта», 2006 год
В современной модной фотографии рококо чаще всего используется не как точная историческая реконструкция, а как набор узнаваемых визуальных признаков. К ним относятся корсеты, кружева, банты, пышные юбки, парики, цветочные мотивы, зеркала, золото, фарфор, сладости и дворцовые интерьеры. Эти элементы создают ощущение роскоши, элитарности и эстетического избытка.
При этом рококо выполняет не только декоративную, но и смысловую функцию. Через свою чрезмерность и искусственность оно позволяет обращаться к темам потребления, театральности моды, сконструированной красоты и критики гламура. Таким образом, рококо в модной фотографии становится не просто стилем оформления, а способом выразить отношение к роскоши, моде и визуальной культуре.
Кадр из фильма Софии Копполы «Мария-Антуанетта», 2006 год
Таким образом, образ Марии-Антуанетты и эстетика рококо занимают важное место в модной фотографии, поскольку дают выразительный визуальный язык для размышления о моде, роскоши, женственности, власти и потреблении. С их помощью создаются привлекательные, фантазийные и театрализованные образы, в которых одежда, макияж, интерьер и поза модели становятся частью единого художественного высказывания.
При этом такие образы не ограничиваются внешней красотой и декоративностью. Они показывают противоречия модной культуры: внешняя красота может быть искусственно созданной, роскошь — восприниматься как излишняя, а женственность — формироваться под влиянием культурных норм. Именно поэтому обращение к Марии-Антуанетте и рококо позволяет модной фотографии не только создавать эффектные визуальные образы, но и поднимать более глубокие социальные и культурные вопросы.
III. РОКОКО И МАРИЯ-АНТУАНЕТТА В ФЕШН-ФОТОГРАФИИ
В современной fashion-фотографии эстетика рококо и образ Марии-Антуанетты используются как выразительный визуальный язык, с помощью которого создаётся особая атмосфера роскоши, театральности и эстетического избытка. В одних случаях такие съёмки могут приближаться к исторической реконструкции, в других — свободно переосмыслять образы XVIII века через современную моду, стилизацию и художественную фантазию. Фотографы, стилисты и модные дома обращаются к узнаваемым элементам эпохи: пышным платьям, корсетам, пастельным оттенкам, дворцовым интерьерам, парикам, фарфоровой коже, сладостям, цветам, золоту и декоративным деталям. Благодаря этим мотивам fashion-фотография превращает моду в художественный образ, где одежда становится не только предметом показа, но и частью визуального высказывания. Особенно активно эти мотивы проявляются в редакционных съёмках Vogue, Harper’s Bazaar, рекламных кампаниях Dior, Chanel, а также в работах фотографов Энни Лейбовиц, Тима Уокера, Стивена Майзела, Инез ван Ламсвеерде и Винуда Матадина и других.
Цитирование и стилизация под живопись рококо
Современная fashion-фотография часто обращается к визуальному языку живописи прошлых эпох. Особенно заметны отсылки к рококо, придворному портрету XVIII века, а также к классической европейской живописи XVIII–XIX веков. Это проявляется в использовании декоративных интерьеров, пастельной цветовой гаммы, пышных платьев, сложных причёсок, театральных поз, постановочной композиции и атмосферы роскоши. В живописи рококо и придворном портрете человек изображался не только как личность, но и как представитель высокого социального статуса. Богатые ткани, украшения, мебель, драпировки и интерьер подчёркивали власть, богатство и принадлежность к аристократии.
В fashion-фотографии этот принцип сохраняется: модель становится идеализированной фигурой, а одежда и окружение работают как знаки элитарности, роскоши и исключительности. Примером такого обращения к придворной эстетике является сопоставление исторического портрета Марии-Антуанетты и фотографии Энни Лейбовиц с Кирстен Данст для Vogue US 2006 года. Фотография не просто воспроизводит внешний облик Марии-Антуанетты, но использует коды придворного портрета: пышное платье, высокую причёску, статичную позу, декоративный интерьер и пастельную цветовую гамму. Благодаря этим элементам образ актрисы воспринимается как современная версия аристократического портрета XVIII века.
[1]«Портрет Марии-Антуанетты», Элизабет Виже-Лебрен, 1778 год; [2] Серия Энни Лейбовиц с Кирстен Данст для Vogue, 2006 год
Серия Энни Лейбовиц с Кирстен Данст для Vogue, 2006 год
Fashion-фотография также часто обращается к известным сюжетам живописи. Например, можно сопоставить картину Жана-Оноре Фрагонара «Качели» 1767 года и современную модную съёмку Dior «Секретный сад — Версаль» сезона осень-зима 2013–2014, снятой Инез ван Ламсвеерде и Винуд Матадин. В таких фотографиях повторяются мотивы сада, движения, игры, лёгкости и флирта. Модель становится частью живописной сцены, а одежда воспринимается не как повседневный предмет, а как элемент эстетизированного театрального образа. Кроме рококо, fashion-фотография активно использует и образы живописи XIX века. Например, картина Эдуара Мане «Завтрак на траве» может быть сопоставлена с этой же рекламной кампанией Dior. В обоих примерах важны фигуры, расположенные в природной среде, постановочность композиции и контраст между человеком, одеждой и окружающим пространством. Однако если у Эдуарда Мане сцена воспринималась как провокационная, то в кампании Dior этот мотив переосмысляется через язык высокой моды, роскоши и загадочности. Версальский сад становится символом исторической элитарности, а модели в кутюрных образах — современными героинями живописной сцены.
[1] Жан Оноре Фрагонар «Качели» 1767 г; [2] Инез Ван Ламсвеерде и Винуд Матадин «Секретный сад — Версаль Dior рекламная кампания осень-зима 2013-2014
[1] Эдуарда Мане «Завтрак на траве» 1863 г; [2] Инез ван Ламсвеерде и Винуд Матадин «Секретный сад» — Версаль Dior рекламная кампания осень-зима 2013-2014
Также fashion-фотография обращается к живописи рококо, в частности к картине Жана-Оноре Фрагонара «Задвижка» 1777 года. В оригинальном произведении акцент сделан на напряжённом моменте между двумя персонажами, драматичном жесте, театральности поз и чувственной атмосфере сцены. Эти визуальные коды переосмысляются в фотосессии Энни Лейбовиц «French Twists / Passion Play» для Vogue 2004 года. Фотография не просто повторяет композицию картины, а переводит её язык в пространство современной fashion-съёмки: через выразительные позы моделей, роскошные костюмы, постановочный свет и ощущение скрытого конфликта. Образ рокайльной страсти и театральности становится частью модного высказывания, где одежда, тело и интерьер работают как элементы единой художественной сцены. Таким образом, fashion-фотография цитирует произведение, но одновременно переосмысляет его, соединяя эстетику классической живописи с визуальным языком современной моды.
[1] «Задвижка», Жан-Оноре Фрагонар, 1777; [2] «French Twists / Passion Play», Энни Лейбовиц, Vogue, 2004
«French Twists / Passion Play», Энни Лейбовиц, Vogue, 2004
«French Twists / Passion Play», Энни Лейбовиц, Vogue, 2004
Трагический подтекст образа Марии-Антуанетты
В современной fashion-фотографии образ Марии-Антуанетты всё чаще используется не только как символ эстетики рококо, дворцовой роскоши и аристократической культуры, но и как образ, связанный с темами трагичности, упадка и конца эпохи. История французской королевы, завершившаяся крушением монархии и её трагической гибелью, придаёт этому образу особую драматичность. Поэтому за декоративностью костюмов, пастельной цветовой палитрой, пышными причёсками и избыточностью деталей в fashion-съёмках нередко скрываются мотивы одиночества, нестабильности и разрушения. Такой контраст между внешней красотой и внутренним напряжением делает образ Марии-Антуанетты особенно востребованным в современной визуальной культуре. Кроме того, в fashion-фотографии она воспринимается как символ хрупкого мира, построенного на роскоши, привилегиях и демонстративном потреблении, а также как метафора кризиса аристократического общества и исчезновения целой исторической эпохи.
Дебора Турбевилль. Серия «Unseen Versailles», 1979 год
Дебора Турбевилль. Серия «Unseen Versailles», 1979 год
Дебора Турбевилль. Серия «Unseen Versailles», 1979 год
В подобных фотосессиях героиня нередко изображается в искусственно идеализированном пространстве, которое выглядит хрупким и постепенно теряет свою целостность. Для этого используются пустые интерьеры, увядающие цветы, приглушённый свет, разбросанные украшения, небрежные детали макияжа и эмоционально отстранённые позы моделей. Эти визуальные приёмы помогают передать ощущение конца эпохи и подчеркнуть недолговечность красоты, власти и роскоши. Пространство вокруг героини часто выглядит холодным, пустым или полуразрушенным, благодаря чему роскошь начинает восприниматься не как символ праздника, а как напоминание о хрупкости и нестабильности мира аристократии.
Особенно ярко подобная атмосфера проявляется в серии Дебора Турбевилль «Unseen Versailles». В этих снимках используются заброшенные интерьеры Версаля, приглушённые оттенки, пустые комнаты и ощущение запустения. Модели выглядят словно призраки ушедшей эпохи, а сама эстетика рококо превращается в образ исторической памяти и распада.
Съёмка «The Grand Couture» для Vogue Italia, 2010 года. Фотограф: Паоло Роверси
Съёмка «The Grand Couture» для Vogue Italia, 2010 года. Фотограф: Паоло Роверси
Съёмка «The Grand Couture» для Vogue Italia, 2010 года. Фотограф: Паоло Роверси
Схожее настроение присутствует и в фотосессии «The Grand Couture», опубликованной в Vogue Italia в 2010 году и снятой Паоло Роверси. Его фотографии отличаются мягким размытым светом, полутёмной атмосферой и ощущением хрупкости образа. Модель в пышном платье и историзированном костюме создаёт ассоциацию с фарфоровой куклой, а декоративная красота сочетается с ощущением эмоциональной отдалённости и внутренней уязвимости.
Тема соединения роскоши и внутренней драматичности также раскрывается в съёмке Dolce & Gabbana Alta Moda «Opulence à la Marie Antoinette» для Vogue Germany, опубликованной в 2014 году. Авторами съёмки стали фотографы Даниэле Дуэлла и Янго Хензи, а за создание образов отвечал Луиджи Мурену. В фотографиях используются характерные элементы придворной эстетики XVIII века: корсеты, сложные причёски, цветочный декор, кружева, золото и пышные силуэты. Однако за этой декоративностью скрывается ощущение искусственности и нестабильности. Модели выглядят словно театральные фигуры, благодаря чему возникает контраст между внешней красотой и внутренней трагичностью образа.
Dolce & Gabbana Alta Moda в съёмке «Opulence à la Marie Antoinette» для журнала Vogue Germany, апрель 2014 года. Фотографы: Янго Хензи и Даниэле Дуэлла
Dolce & Gabbana Alta Moda в съёмке «Opulence à la Marie Antoinette» для журнала Vogue Germany, апрель 2014 года. Фотографы: Янго Хензи и Даниэле Дуэлла
Роскошь и элитарность как визуальный код
Одной из главных функций рококо в fashion-фотографии является создание образа роскоши и элитарности. Дворцовые интерьеры, зеркальные галереи, позолота, мраморные лестницы, хрустальные люстры, тяжёлые ткани и декоративная мебель отсылают зрителя к культуре аристократии XVIII века. Мода в таких съёмках воспринимается не как повседневная одежда, а как знак статуса, избранности и принадлежности к привилегированному миру. В этом контексте особенно важны съёмки, проходящие в Версале или визуально имитирующие дворцовую среду. Версаль становится не просто фоном, а символом власти, богатства и исторической памяти. Когда современная модель помещается в такое пространство, её образ начинает ассоциироваться с придворной культурой и аристократическим статусом. Пространство дворца усиливает значение модного образа, превращая платье в подобие парадного костюма, а саму фотографию — в современную интерпретацию аристократического портрета.
Серия Энни Лейбовиц с Кирстен Данст для Vogue, 2006 год
Серия Энни Лейбовиц с Кирстен Данст для Vogue, 2006 год
Серия Энни Лейбовиц с Кирстен Данст для Vogue, 2006 год
Хорошим примером такого подхода являются серии Энни Лейбовиц, посвящённые образу Марии-Антуанетты и созданные для Vogue в 2006 году с Кирстен Данст. В этих съёмках используются дворцовые интерьеры, пышные платья, корсеты, высокие причёски, пастельные оттенки и цветочный декор. Модель выглядит как героиня исторической постановки, а её образ строится на декоративности и театральности.
Рекламная кампания Dior «Secret Garden — Versailles», снятая Inez van Lamsweerde и Vinoodh Matadin, представляет моделей в роскошных интерьерах Palace of Versailles, наполненных золотом, зеркалами и декоративной пышностью. Съёмка передаёт эстетику рококо через избыточность деталей, утончённость образов и атмосферу закрытого аристократического пространства. Версаль в кадре становится символом привилегированности и роскоши.
Рекламная кампания Dior «Secret Garden — Versailles», 2012 год. Фотографы: Инез ван Ламсвеерде и Винуд Матадин
Особенно ярко эстетика роскоши проявляется в съёмке «Alighting», опубликованной в американском Vogue в октябре 2007 года. В этих фотографиях используются светлая цветовая палитра, сложные силуэты платьев, длинные шлейфы и декоративные интерьеры, создающие ассоциации с аристократической эстетикой XVIII века. Постановочные позы моделей и мягкий свет придают изображениям сходство с живописными портретами.
Другим примером является съёмка, созданная Эллен фон Унверт для Vogue Italia в 1997 году. Фотография выполнена в стилистике, напоминающей эстетику рококо: высокий белый парик, веер, аристократическое платье и театральная поза модели отсылают к придворной культуре XVIII века. Благодаря декоративности образа и историзированному костюму фотография приобретает сходство со стилизованным аристократическим портретом.
Съёмка «Alighting» для американского Vogue, октябрь 2007 года
Съёмка «Alighting» для американского Vogue, октябрь 2007 года
Съёмка Эллен фон Унверт для Vogue Italia в эстетике рококо, 1997 год
Съёмка Эллен фон Унверт для Vogue Italia в эстетике рококо, 1997 год
Съёмка Эллен фон Унверт для Vogue Italia в эстетике рококо, 1997 год
Также можно отметить съёмку для Harper’s Bazaar с американской моделью Линдси Виксон, созданную Карлом Лагерфельдом в эстетике Марии-Антуанетты. Высокие причёски, историзированные костюмы, пастельные оттенки и театральные жесты формируют образ современной аристократки и подчёркивают связь fashion-фотографии с визуальной традицией рококо. Даже без прямого воспроизведения исторической среды съёмка создаёт ощущение элитарности, декоративности и придворной театральности.
Линдси Виксон в съёмке для Harper’s Bazaar в эстетике Мария-Антуанетта. Фотограф: Карл Лагерфельд
Линдси Виксон в съёмке для Harper’s Bazaar в эстетике Мария-Антуанетта. Фотограф: Карл Лагерфельд
Театрализация fashion-фотографии
Одним из важных аспектов модной фотографии, обращающейся к эстетике рококо и образу Марии-Антуанетты, является театрализация. В таких съёмках модель перестаёт быть просто носителем одежды и становится персонажем визуального зрелища. Костюм, поза, интерьер, свет и аксессуары работают как элементы сценической постановки, поэтому фотография начинает напоминать кадр из театра, балета, оперы или исторического фильма. Театрализация проявляется через пышные платья, корсеты, кринолины, высокие парики, выразительные жесты, декоративные интерьеры и драматическое освещение. Всё это подчёркивает искусственность изображения и превращает fashion-фотографию в визуальный спектакль.
Съёмка «Lady Grey», снятая Тимом Уокером для журнала Vogue Italia, март 2010 года.
Съёмка «Lady Grey», снятая Тимом Уокером для журнала Vogue Italia, март 2010 года.
Съёмка «Lady Grey», снятая Тимом Уокером для журнала Vogue Italia, март 2010 года.
Съёмка «Lady Grey», снятая Тимом Уокером для журнала Vogue Italia, март 2010 года.
Ярким примером театрализации являются работы Тима Уокера, в частности съёмка «Lady Grey» для Vogue Italia за март 2010 года. В ней сюрреалистическая атмосфера, декоративные декорации и сказочные образы создают ощущение постановки вне реальности. Пространство в таких кадрах воспринимается как театральная сцена, а модель — как персонаж фантазийного спектакля. Для Уокера характерны преувеличенные масштабы, необычные предметы, драматичные позы и атмосфера сна, благодаря чему fashion-фотография выходит за пределы обычной демонстрации одежды.
Другим показательным примером являются сюрреалистические серии Натали Дыбиз, известной как Miss Aniela, в частности работы «Pokerface» и «Castaway» из проекта «Surreal Fashion». В этих фотографиях костюм и пространство создают эффект фантастической театральной реальности. Модели помещены в необычные, почти нереальные ситуации, где интерьер, поза и одежда образуют единую постановочную сцену. В работах Miss Aniela особенно заметно, что fashion-фотография может строиться по принципу театральной декорации: реальное пространство трансформируется в вымышленный мир, а модель становится героиней загадочного сюжета.
«Pokerface», серия «Surreal Fashion», фотограф Miss Aniela
«Castaway» серия «Surreal Fashion», фотограф Miss Aniela
Серия «Ragged Rococo», фотограф Miss Aniela
Похожий эффект проявляется и в съёмке Тима Уокера с Кейт Мосс для Vogue Italia 2015 года. Постановочность, сложные жесты, выразительные позы и сюрреалистическая среда усиливают ощущение сценического действия. Модель здесь не просто позирует, а словно участвует в визуальном спектакле, где каждая деталь — костюм, жест, фон и свет — работает на создание образа. Этот пример особенно хорошо показывает, как fashion-фотография использует театральность не только через исторический костюм, но и через атмосферу сна, фантазии и визуального абсурда.
Съёмка «Beauty and the Beast» («Красавица и чудовище»), сделанная Тимом Уокером для декабрьского номера Vogue Italia 2015 года
Съёмка «Beauty and the Beast» («Красавица и чудовище»), сделанная Тимом Уокером для декабрьского номера Vogue Italia 2015 года
Съёмка «Beauty and the Beast» («Красавица и чудовище»), сделанная Тимом Уокером для декабрьского номера Vogue Italia 2015 года
Съёмка «Beauty and the Beast» («Красавица и чудовище»), сделанная Тимом Уокером для декабрьского номера Vogue Italia 2015 года
Съёмка «Beauty and the Beast» («Красавица и чудовище»), сделанная Тимом Уокером для декабрьского номера Vogue Italia 2015 года
Эстетика избыточности в рококо
Одной из ключевых черт рококо является эстетика избыточности. Она проявляется в стремлении к декоративному насыщению пространства, обилию деталей, сложным фактурам, пастельным оттенкам, изящным формам и визуальной роскоши. В рококо красота часто строится не на сдержанности, а на перенасыщении: интерьер, костюм, предметы и поза превращаются в единую театрализованную композицию.
Эта эстетика связана с миром удовольствия, игры, чувственности и искусственности, поэтому она часто используется в современной модной фотографии. Через обилие предметов, сложные композиции, сладости, цветы, пышные костюмы и театральные позы фотографы создают образы, в которых мода воспринимается как спектакль.
Christian Louboutin, рекламная кампания 2009/10, фотограф Питер Липпманн
Christian Louboutin, рекламная кампания 2009/10, фотограф Питер Липпманн
Одним из примеров визуальной избыточности в современной модной фотографии является рекламная кампания Christian Louboutin осень-зима 2009/10, снятая фотографом Питером Липпманном. В этих работах обувь помещена в тщательно составленные композиции, напоминающие натюрморты. Фрукты, цветы, ткани, сладости и декоративные предметы создают ощущение богатства деталей и визуальной насыщенности. Этот подход можно сопоставить с эстетикой рококо, где важны декоративность, изящные формы, красивые фактуры и внимание к деталям. При этом кампания также связана с более широкой традицией исторического натюрморта, поэтому рококо здесь выступает скорее как один из возможных визуальных контекстов.
Похожий принцип заметен в редакционной съёмке «Candy Crush» для Lucy’s Magazine, выполненной фотографом Хайди Рондак. В ней используются пастельные цвета, сладости, нежные ткани и кукольные образы. Эти элементы создают декоративное, немного искусственное пространство, которое можно связать с современными представлениями о рококо и образе Марии-Антуанетты.
«Candy Crush», редакционная съёмка для Lucy’s Magazine, фотограф Хайди Рондак
Тема избыточности также заметна в серии «Decadence» фотографа Тайлера Шилдса, созданной в 2015–2016 годах. В этих работах используются пышные платья, парики, роскошные интерьеры и постановочные сцены, которые отсылают к историзированным образам европейской аристократии XVIII века.
В отличие от более лёгких и декоративных примеров, серия «Decadence» показывает роскошь более напряжённо и неоднозначно. Её можно рассматривать не только как обращение к красивой исторической стилистике, но и как размышление о чрезмерности, потреблении и искусственности образа.
Фотографии выглядят нарочито постановочными, что подчёркивает условность изображённого мира. В этом смысле элементы, близкие рококо, используются не только для создания эффектного визуального ряда, но и для показа обратной стороны роскоши — её чрезмерности, театральности и оторванности от повседневной реальности.
«Let Them Eat Cake», серия «Decadence», 2015–2016, фотограф Тайлер Шилдс
«Let Them Drink Champagne», серия «Decadence», 2015–2016, фотограф Тайлер Шилдс
IV. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Гипотеза исследования в целом подтверждена. Действительно, в современной модной фотографии эстетика рококо и образ Марии-Антуанетты используются не просто как красивое украшение кадра, а как понятный и устойчивый визуальный язык. С помощью этих образов фотографы, стилисты и модные бренды создают съёмки, в которых сразу считываются роскошь, изящество, театральность, искусственность и ощущение исторической отсылки. При этом важно, что речь идёт не о точном воспроизведении эпохи XVIII века, а именно о её современном переосмыслении.
В ходе анализа стало понятно, что Мария-Антуанетта в fashion-фотографии почти всегда появляется не как историческая фигура в строгом смысле, а как культурный образ. Он связан с пышными платьями, корсетами, высокой причёской, пастельными оттенками, дворцовыми интерьерами, цветами, сладостями и общей атмосферой избытка. Все эти детали работают вместе и помогают создать нужное настроение. При этом образ Марии-Антуанетты оказывается неоднозначным: с одной стороны, он ассоциируется с красотой, женственностью и модной фантазией, а с другой — с роскошью, которая выглядит чрезмерной, и с историей, в которой есть трагический подтекст.
Также можно сделать вывод, что рококо в современной модной фотографии используется не только ради эстетики. Оно помогает говорить о более широких вещах: о статусе, власти, потреблении, образе женщины, искусственности гламура и о том, как мода обращается к прошлому, чтобы создавать новые смыслы в настоящем. Поэтому поставленная цель исследования достигнута, а задачи выполнены.
Vogue Archive. URL: https://archive.vogue.com/ (дата обращения: 19.05.2026).
Vogue Italia. URL: https://www.vogue.it/ (дата обращения: 19.05.2026).
Harper’s Bazaar. URL: https://www.harpersbazaar.com/ (дата обращения: 19.05.2026).
W Magazine. URL: https://www.wmagazine.com/ (дата обращения: 19.05.2026).
AnOther Magazine. URL: https://www.anothermag.com/ (дата обращения: 19.05.2026).
The Business of Fashion. URL: https://www.businessoffashion.com/ (дата обращения: 19.05.2026).
Dazed. URL: https://www.dazeddigital.com/ (дата обращения: 19.05.2026).
Tim Walker Photography. URL: https://www.timwalkerphotography.com/ (дата обращения: 19.05.2026).
Miss Aniela Official Website. URL: https://missaniela.com/ (дата обращения: 19.05.2026).
Dior. URL: https://www.dior.com/ (дата обращения: 19.05.2026).
Vogue Italia. URL: https://www.vogue.it/ (дата обращения: 19.05.2026).
Tyler Shields Photography. URL: https://www.tylershields.com/ (дата обращения: 19.05.2026).
Peter Lippmann Photography. URL: https://peterlippmann.com/ (дата обращения: 19.05.2026).
Vogue Archive. URL: https://archive.vogue.com/ (дата обращения: 19.05.2026).