Концепция
Современный человек постоянно находится среди людей: в транспорте, офисах, кафе, торговых центрах и коворкингах. Но физическое соседство не всегда превращается в разговор, знакомство или чувство общности. Высокая плотность городской среды не гарантирует социальной близости.
Одиночество сегодня воспринимается не только как личная проблема, но и как социальная. В докладе ВОЗ о социальной связи за 2025 год говорится, что одиночество и социальная изоляция влияют на здоровье и благополучие, а примерно каждый шестой человек в мире сталкивается с одиночеством.
На этом фоне в интерьерах всё чаще появляются формы, визуально обещающие совместность: длинные столы, лавки, модульные диваны, коворкинговые зоны, общие места ожидания. Такая мебель как будто предполагает общение, но не всегда его создаёт.
Длинный стол может быть частью ритуала в монастырской трапезной, а может быть просто местом молчаливого соседства в фудкорте. Лавка в традиционном доме связана с общим бытом, а лавка в торговом центре часто служит только точкой ожидания.
Главная проблема в том, что дизайн иногда путает физическую близость с социальной связью. Мебель может сократить расстояние между людьми, но не обязательно создаёт доверие, разговор или общность. Поэтому коллективная мебель не всегда борется с одиночеством — иногда она только изображает совместность.
Проблема одиночества в обществе высокой плотности
Городская среда наполнена постоянными контактами, но большинство из них остаются поверхностными. Человек видит других людей, слышит их, делит с ними пространство, но не всегда вступает во взаимодействие. Поэтому одиночество может возникать не только в пустоте, но и внутри переполненной среды.
Мебель играет в этом важную роль: она не просто обслуживает тело, а задаёт сценарий поведения. Отдельный стул предлагает индивидуальное пребывание, лавка допускает соседство, круглый стол предполагает зрительный контакт, перегородка ограничивает общение, а модульный диван может работать и для группы, и для одного человека.
Но сама форма мебели не гарантирует социального результата. Важно, зачем человек сел, с кем он пришёл, есть ли общий повод для общения и можно ли вступить в разговор, не нарушая чужие границы.
Именно это противоречие становится основой исследования: коллективная мебель кажется очевидным ответом на одиночество, но на практике может оказаться недостаточным или даже негодным средством.
Коллективная мебель сама по себе не решает проблему одиночества. Она создаёт физическую близость, но социальная связь возникает только тогда, когда мебель проектирует сценарий взаимодействия: совместное действие, зрительный контакт, повторяемость встречи, возможность диалога и право человека отказаться от общения.
Гипотеза строится на различии между двумя типами близости. Первая — физическая близость. Она возникает, когда люди сидят рядом, смотрят друг на друга, пользуются одним столом или делят общую поверхность. Такую близость можно создать конструктивно: длиной лавки, формой стола, расстоянием между сиденьями, направлением посадки.
Вторая — социальная близость. Она возникает только тогда, когда между людьми появляется осмысленное взаимодействие. Это может быть разговор, совместная еда, игра, работа, ожидание, ритуал или повторяющаяся встреча. Социальная близость не сводится к расстоянию между телами. Она зависит от контекста.
Цель и метод визуального исследования
Цель данного визуального исследования — выявить, при каких условиях коллективная мебель действительно способствует социальному взаимодействию, а в каких случаях она только создаёт видимость общности.
Исследование не рассматривает мебель как нейтральный предмет. Каждый объект анализируется как устройство поведения. Важно не только то, сколько людей может сесть на предмет, но и то, какие отношения между ними этот предмет допускает или блокирует.
Мебель как обещание общения
В истории мебели есть формы, которые сразу связаны с идеей коллективности: лавка, длинный стол, скамья, круглый стол, общий диван, амфитеатр. Все они предполагают присутствие нескольких людей в одном пространстве.
У этих форм есть сильный символический смысл. Длинный стол напоминает о застолье и общей встрече, лавка — о доме, дворе и простом совместном сидении, круглый стол — о равенстве участников.
Но обещание общения не означает, что общение действительно возникнет. Длинный стол в кафе может быть занят людьми с ноутбуками, общий диван в торговом центре — служить местом ожидания, а лавка в парке — использоваться так, чтобы сохранить дистанцию.
Поэтому коллективная форма ещё не делает мебель социальной. Она только создаёт возможность для контакта. Реальный эффект зависит от ситуации: есть ли у людей причина взаимодействовать друг с другом.
Коллективная мебель: от ритуала к случайному соседству
Исторически коллективная мебель часто была связана не просто с посадкой рядом, а с общим порядком. Длинные столы в монастырских трапезных, лавки в крестьянских домах, столы в трактирах, школьные и церковные скамьи включали человека в определённый сценарий поведения.
В монастырской трапезной стол и лавки подчинялись ритуалу: общее время, общая трапеза, порядок мест, молчание или чтение. Здесь коллективность возникала не только из формы мебели, а из соединения мебели, архитектуры, правил и повторяющегося действия.
В традиционном доме лавка тоже была частью повседневной жизни. На ней сидели, работали, разговаривали, принимали гостей, иногда спали. Её коллективность была связана с устройством быта, где личное и общее пространство меньше разделялись.
Современные общественные пространства часто заимствуют эти формы, но теряют их ритуальный смысл. Длинный стол в кафе или коворкинге внешне напоминает общинный стол, но люди за ним могут оставаться каждый в своём пространстве: с ноутбуком, телефоном, наушниками. Визуально возникает образ совместности, но поведение остаётся индивидуальным.
Индивидуальная мебель: изоляция или защита границ
На первый взгляд индивидуальная мебель кажется противоположностью коллективной. Отдельное кресло, персональный стол, офисная кабинка, кресло с высокой спинкой, акустическая капсула или рабочая будка отделяют человека от других. Они создают приватность, снижают количество случайных контактов и помогают контролировать границы.
Но индивидуальная мебель не всегда антисоциальна. Иногда она необходима именно для того, чтобы человек мог находиться среди других без перегрузки. В общественном пространстве человеку важно иметь возможность выбирать степень включённости. Не все готовы к постоянному общению. Не всякая близость комфортна. Слишком плотная посадка может вызывать не чувство общности, а раздражение, тревогу и желание отстраниться.
Комплект мебели для Action Office 1 и Система Action Office 2
Хорошим примером двойственности индивидуальной мебели является офисная кабинка. Первоначально система Action Office, созданная Робертом Пропстом для Herman Miller, задумывалась как гибкая открытая рабочая система, которую можно было комбинировать и адаптировать под разные задачи. Она была предложена как отход от фиксированных представлений об офисной мебели. Но в массовой офисной культуре подобные системы часто превратились в повторяющиеся ряды рабочих мест, где приватность стала не свободой, а формой стандартизированной изоляции.
Ээро Сааринен отдыхает в кресле Womb.
Другой пример — кресло-кокон. Такие формы дают человеку ощущение укрытия. Кресло Womb Chair Ээро Сааринена, созданное для Knoll в 1948 году, известно как объект, нарушивший привычные правила кресла и предложивший более обволакивающую, свободную посадку. В таком случае индивидуальная мебель не обязательно отделяет человека от общества. Она может создавать безопасную точку внутри общего пространства.
Следовательно, проблема не в индивидуальности мебели как таковой. Проблема возникает тогда, когда индивидуальная мебель становится единственным доступным сценарием, а коллективная мебель не предлагает ничего, кроме вынужденного соседства.
Физическая близость без социальной связи
Рендеры фудкорта волгоградской «Акварели»
Одним из главных примеров для анализа становится ситуация, когда люди находятся рядом, но не взаимодействуют. Это можно назвать близостью без общности.
Хороший пример — фудкорт. Там часто есть общие столы, длинные поверхности, лавки и плотная посадка. Визуально пространство кажется социальным: много людей, еда, шум, движение. Но чаще всего контакты остаются случайными и короткими. Люди приходят поодиночке или своими группами, садятся рядом с незнакомыми, едят и уходят. Общий стол здесь не создаёт сообщество, а скорее экономит место.
Аэропорт «Оренбург». Автор фото: ria56.ru
Похожим образом работают зоны ожидания в аэропортах, вокзалах, поликлиниках и торговых центрах. Ряды сидений объединяют людей в одну линию, но не дают повода для общения. Тела находятся близко, но взгляды чаще направлены вперёд или в экран. Такая мебель организует ожидание, а не взаимодействие.
Общественная лавка тоже неоднозначна. В парке она может стать местом разговора или наблюдения за городской жизнью. Но если она расположена в проходной зоне, люди часто используют её как временную остановку и садятся по краям, сохраняя дистанцию.
Так мебель может создавать иллюзию социальности: она показывает людей рядом, но не объясняет, почему между ними должно возникнуть общение.
Сценарная мебель: когда контакт действительно возникает
Обсуждение за круглым столом
Социальная связь появляется не там, где мебель просто рассчитана на нескольких человек, а там, где она задаёт общий сценарий действия. Важно не только посадить людей рядом, но и дать им повод для взаимодействия.
Круглый стол хорошо показывает этот принцип: участники видят друг друга, а форма не выделяет очевидного «главного» места. Но он работает как социальная мебель только тогда, когда за ним есть общее действие: разговор, еда, игра или обсуждение.
Знаменитая зона для общения в отеле Miller House была придумана Александром Жираром в 1952 году.
Похожим образом работает углублённая зона отдыха: сиденья обращены внутрь и создают отдельное пространство для общения. Но такая форма может быть и навязчивой, потому что человек сразу оказывается внутри социального круга.
Мастер-класс «Паркетные техники. Мозаика из шпона».
Другой пример — мебель для мастерских, воркшопов, игр или общей кухни. Большой рабочий стол, шахматный столик или кухонный остров создают контакт через действие. Люди взаимодействуют не потому, что просто сидят рядом, а потому что делят задачу, предметы или процесс.
Поэтому главное качество мебели против одиночества — не количество мест, а наличие социального сценария.
Механизмы работы социальной мебели
Гипотеза исследования предполагает три механизма, через которые мебель может либо остаться поверхностной имитацией общности, либо действительно способствовать взаимодействию.
Первый механизм: ориентация тел
Мебель задаёт направление тела. Она определяет, смотрят ли люди друг на друга, сидят ли бок о бок, повернуты ли к общей точке или разделены перегородками.
Посадка лицом к лицу повышает вероятность зрительного контакта, но может быть слишком интенсивной. Посадка бок о бок мягче, но менее разговорна. Посадка по кругу создаёт ощущение равного участия. Линейная посадка снижает возможность диалога, если нет общего объекта перед людьми.
Значит, форма мебели должна учитывать не только эргономику тела, но и психологию взгляда.
Второй механизм: общий повод
Даже если люди расположены удобно для разговора, контакт не возникает без повода. Поводом может быть еда, игра, работа, ожидание, обмен предметами, совместное наблюдение или ритуал.
Без общего повода коллективная мебель превращается в нейтральную поверхность. Она допускает общение, но не запускает его. Поэтому наиболее эффективны те формы, которые включают в себя действие: стол для готовки, стол для игры, рабочая поверхность, место обмена, общий объект внимания.
Третий механизм: право на дистанцию
Мебель, направленная против одиночества, не должна насильно принуждать к общению. Если человек не может выбрать дистанцию, коллективность становится агрессивной. Хорошая социальная мебель должна давать несколько режимов участия: можно включиться в разговор, можно наблюдать, можно сидеть рядом молча, можно отстраниться.
Именно поэтому модульные системы часто перспективнее фиксированных коллективных форм. Они позволяют менять дистанцию и конфигурацию в зависимости от ситуации.
Сравнение
1. Монастырская трапезная и современный фудкорт
Мебель фудкорта и интерьер трапезной палаты Валдайского Иверского монастыря
На первый взгляд эти пространства используют похожий принцип: длинные столы, посадка рядом, общий приём пищи. Но социальный эффект у них разный.
В монастырской трапезной люди собираются в определённое время, подчиняются общему порядку, участвуют в повторяющемся действии. Мебель поддерживает уже существующую общность.
В фудкорте длинный стол чаще решает задачу плотности и эффективности. Он позволяет разместить больше людей на меньшей площади. Но люди приходят с разными целями, в разное время, на короткий срок. Общего ритуала нет. Поэтому стол создаёт соседство, но не сообщество.
Вывод: длинный стол не является универсальной формой общения. Он работает как социальная мебель только при наличии общего сценария.
2. Лавка в традиционном доме и лавка в торговом центре
Лавка в торговом центре и лавка в избе.
Лавка в традиционном доме связана с бытом. Она может быть местом отдыха, работы, разговора, ожидания, сна. Её коллективность возникает из постоянства отношений между людьми.
Лавка в торговом центре чаще работает как место временного восстановления. На неё садятся, чтобы подождать, посмотреть в телефон, передохнуть. Люди могут сидеть рядом, но сама ситуация не требует знакомства или разговора.
Вывод: одна и та же форма может быть коллективной или индивидуализированной в зависимости от контекста.
3. Круглый стол и ряд стульев
Круглый стол разворачивает людей друг к другу. Он создаёт возможность видеть лица, реагировать на жесты, включаться в разговор. Такая форма особенно эффективна в малой группе.
Иркутский авиационный техникум и круглый стол.
Ряд стульев направляет людей в одну сторону. Он подходит для ожидания, лекции, транспорта, зрелища. Здесь человек оказывается частью массы, но не участником общения.
Вывод: социальность мебели зависит не только от количества мест, но и от направления внимания.
4. Рабочая кабинка и общий коворкинговый стол
Коворкинг-зона для студентов Farabi University и рабочие кабинки.
Рабочая кабинка отделяет человека, снижает визуальный шум, даёт ощущение контроля. Но при массовом повторении она может превращаться в систему изолированных ячеек.
Общий коворкинговый стол, наоборот, обещает открытость. Но если каждый пользователь работает за своим ноутбуком и в наушниках, коллективная форма фактически превращается в ряд индивидуальных рабочих мест без перегородок.
Вывод: индивидуальная мебель не всегда изолирует, а коллективная не всегда объединяет. Решающее значение имеет сценарий поведения.
5. Углубленная зона отдыха и обычный диван у стены
Обычный диван у стены часто направлен к телевизору, окну или центру комнаты. Люди могут сидеть рядом, но их внимание не обязательно обращено друг к другу
Углубленная зона отдыха организует людей вокруг внутреннего центра. Сиденья обращены друг к другу, пространство отделено от остального помещения, возникает ощущение закрытого круга. Такая форма сильнее провоцирует разговор, но одновременно требует большей готовности к включению в общение.
Вывод: мебель может создавать социальную сцену, но такая сцена должна оставлять человеку возможность входа и выхода.
Близость ещё не означает общность
Физическая близость сама по себе не доказывает, что между людьми возникает связь. Люди могут сидеть рядом, пользоваться одним столом, касаться одной поверхности, но всё равно оставаться совершенно чужими друг другу.
Коллективная мебель часто очень убедительно выглядит на фотографиях: длинный стол, много стульев, люди рядом. Визуально кажется, что пространство уже стало социальным. Но сама плотность посадки не показывает качество отношений между людьми. На изображении может казаться, что перед нами общность, хотя на практике каждый человек использует это место отдельно.
Особенно хорошо это видно в современных кафе и коворкингах. Общий стол там часто становится не местом разговора, а просто длинной рабочей поверхностью. Каждый пользователь как будто создаёт вокруг себя невидимую границу: ноутбук, телефон, чашка, наушники, сумка. Формально стол общий, но поведение остаётся индивидуальным.
Поэтому в исследовании важно смотреть не только на форму мебели, но и на поведение людей: куда направлен взгляд, есть ли между ними предметные границы, сидят ли они как группа или как одиночки рядом, есть ли у них повод вступить в разговор.
Один и тот же стол может работать по-разному
Социальный эффект мебели зависит не только от её формы, но и от ситуации, в которую она помещена. Один и тот же стол может быть семейным, монастырским, ресторанным, офисным, школьным, игровым или коворкинговым. Его физическая структура может почти не меняться, но смысл будет разным.
Если за столом едят вместе, он становится частью ритуала. Если за ним работают молча, он превращается в индивидуальную рабочую поверхность. Если за ним играют, он создаёт обмен и реакцию. Если за ним проходят переговоры, он становится инструментом регламента. Если за ним сидят случайные посетители фудкорта, он превращается в место временного соседства.
Получается, что проектировать мебель против одиночества — значит проектировать не только сам объект, но и ситуацию вокруг него. Важно задать вопрос: что люди будут делать вместе? Просто посадить их рядом недостаточно.
Индивидуальная мебель не всегда изолирует
На первый взгляд кажется, что коллективная мебель объединяет, а индивидуальная — разъединяет. Но это слишком простое противопоставление. Индивидуальная мебель может не изолировать, а помогать человеку сохранять личные границы.
В общественном пространстве человеку не всегда нужен немедленный контакт. Иногда ему важно иметь безопасное место, откуда можно наблюдать, постепенно включаться в общение или оставаться в стороне.
Кресло с высокой спинкой, место у окна, рабочая кабинка или акустическое кресло помогают находиться среди других без перегрузки. Такая мебель не разрушает социальность, а делает пребывание в общем пространстве более комфортным.
Проблема возникает тогда, когда есть только два крайних варианта: полная изоляция или принудительная коллективность. Между ними нужны промежуточные формы: места для двоих, полукруглые диваны, модульные острова, лавки с разной посадкой и столы, которые можно использовать и одному, и вместе.
Мебель должна давать повод к взаимодействию
Проблематизация
Коллективная мебель не лечит одиночество сама по себе
Может показаться, что если заменить отдельные кресла длинными столами и лавками, люди начнут больше общаться. Но это слишком простое решение. Коллективная мебель может увеличить количество случайных контактов, но не гарантирует их качество.
Иногда навязанная близость, наоборот, усиливает отчуждение. Если человек сидит слишком близко к незнакомым людям, он может закрываться: смотреть в телефон, надевать наушники, занимать соседнее место сумкой, избегать взгляда.
Поэтому коллективная мебель может быть условием общения, но не его причиной.
Индивидуальная мебель не всегда изолирует
Индивидуальная мебель действительно может усиливать одиночество, но не всегда. Иногда она помогает человеку сохранить личные границы и спокойно находиться среди других людей. Если пространство состоит только из открытых коллективных зон, оно может утомлять. В нём сложно отойти, восстановиться или выбрать комфортную дистанцию.
Поэтому задача дизайна не в отказе от индивидуальной мебели, а в создании переходов между приватностью и общностью.
Близкая посадка не всегда ведёт к общению
Чем ближе люди сидят, тем выше шанс контакта. Но если расстояние становится слишком маленьким, оно воспринимается как нарушение личных границ. Тогда человек не открывается, а защищается. Социальная мебель должна позволять разные степени включённости: сидеть рядом, напротив, по диагонали, в кругу или отдельно, но всё ещё оставаться частью общего пространства.
Коллективность — это не максимальная плотность, а возможность управлять дистанцией.
Универсальная мебель не всегда запускает взаимодействие
Универсальная мебель подходит для разных ситуаций, но часто оказывается слишком нейтральной. Длинный стол можно использовать как угодно, но именно поэтому он не всегда создаёт конкретный сценарий общения. Иногда лучше работают более точные объекты: шахматный стол, кухонный остров, стол для мастер-класса, круглая скамья вокруг дерева, модульный диван с внутренним центром. Такая мебель не просто размещает людей рядом, а предлагает им действие. Поэтому мебель против одиночества должна быть не только многофункциональной, но и поведенчески точной.
Выводы
Коллективная мебель не является прямым лекарством от одиночества. Она может посадить людей рядом, но не может автоматически создать доверие, разговор или чувство принадлежности. Поэтому гипотеза «мебель сближает тела, не людей» подтверждается: физическая близость является только первым уровнем возможного взаимодействия. Исследование показывает, что социальный эффект мебели зависит от контекста. Длинный стол, лавка, круглый стол или общий диван могут работать совершенно по-разному в зависимости от сценария. В одном случае они поддерживают ритуал и общность, в другом — становятся поверхностью для параллельного одиночества.
Главное различие проходит между коллективной формой и социальной функцией. Коллективная форма означает, что объект рассчитан на нескольких пользователей. Социальная функция означает, что объект создаёт условия для взаимодействия между ними. Эти два качества не всегда совпадают. Также исследование показывает, что индивидуальная мебель не должна рассматриваться только как символ изоляции. В некоторых случаях она защищает личные границы и помогает человеку находиться в общем пространстве без давления. Поэтому задача современного дизайна заключается не в отказе от индивидуальной мебели, а в создании гибких переходов между приватностью и общностью.
Наиболее перспективной оказывается не просто коллективная мебель, а сценарная мебель. Она не заставляет людей общаться напрямую, а создаёт общий повод: еду, игру, работу, обсуждение, обмен, наблюдение или ритуал. Именно сценарий превращает физическое соседство в социальное взаимодействие.
Таким образом, мебель может быть средством борьбы с одиночеством только в ограниченном смысле. Она не лечит одиночество сама по себе, но может проектировать условия, в которых человеку проще вступить в контакт, сохранить границы и почувствовать себя частью общего пространства.
Общий стол не создаёт общность. Общность возникает там, где мебель проектирует не только место для тела, но и повод для встречи.
World Health Organization. From loneliness to social connection: charting a path to healthier societies. Report of the WHO Commission on Social Connection [Электронный ресурс]. — Geneva: World Health Organization, 2025. — URL: https://www.who.int/groups/commission-on-social-connection/report (дата обращения: 21.05.2026).
Herman Miller. Action Office System Design Story [Электронный ресурс] // Herman Miller: официальный сайт. — URL: https://www.hermanmiller.com/en_lac/products/workspaces/workstations/action-office-system/design-story/ (дата обращения: 21.05.2026).
Knoll. Saarinen Womb Chair and Settee Relax [Электронный ресурс] // Knoll: официальный сайт. — URL: https://www.knoll-int.com/home/by-designer/classic-designers/eero-saarinen/saarinen-womb-chair-and-settee-relax (дата обращения: 21.05.2026).
The Conversation Pit: Everything You Need to Know About the Sunken Seating Area [Электронный ресурс] // Architectural Digest. — 2024. — URL: https://www.architecturaldigest.com/story/conversation-pit-everything-you-need-to-know (дата обращения: 21.05.2026).
URL: https://habrastorage.org/r/w1560/getpro/habr/upload_files/501/585/0ae/5015850aeb39b5484b2ccaf52bb63d72.png (дата обращения: 21.05.2026).
URL: https://habrastorage.org/r/w1560/getpro/habr/upload_files/48d/4ce/20c/48d4ce20c095136bfd4136fd1a1ffae2.png (дата обращения: 21.05.2026).
URL: https://n1s1.hsmedia.ru/10/59/bb/1059bbb209fd806970ef53f6f881b5b0/1949x1527_0xD1mEUOdD_7306040716540528160.webp (дата обращения: 21.05.2026).
URL: https://www.malls.ru/upload/medialibrary/e91/1o9qjceyugsejrg074o2tlre9lpmef6k/akvarel-1.jpg (дата обращения: 21.05.2026).
URL: https://www.malls.ru/upload/medialibrary/738/aw1rthml8hz27juxj29zedz8ej7ahua7/akvarel-2.jpg (дата обращения: 21.05.2026).
URL: https://encrypted-tbn0.gstatic.com/images?q=tbn:ANd9GcSIstuLL0MhD8_0yIsDDHiRfXdZbQKcS6ZKKQ&s (дата обращения: 21.05.2026).
URL: https://i.pinimg.com/736x/80/e7/6f/80e76fee7f4f0f89470fb8dc4c143c85.jpg (дата обращения: 21.05.2026).
URL: https://voguesg.s3.ap-southeast-1.amazonaws.com/wp-content/uploads/2023/06/21162548/conversationpit-millerhouse.jpg (дата обращения: 21.05.2026).
URL: https://spbfriends.ru/wp-content/uploads/2024/09/photo-0012-1.jpg (дата обращения: 21.05.2026).
URL: https://algairmebel.ru/upload/iblock/f69/f69f726698d4d058da2333198dcc07bf.JPG (дата обращения: 21.05.2026).
URL: https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/d/d8/Valdai_IverskyMon_asv2018_img43.jpg/1920px-Valdai_IverskyMon_asv2018_img43.jpg (дата обращения: 21.05.2026).
URL: https://sun9-14.userapi.com/s/v1/ig2/eo0bmw5CP-v41j5d7D_R0GhON8iPW3qF0R7zp2wMO04gswCFf8hTRYkLtgCcaXvssx3o532Ue228JcesgpuvFjLZ.jpg?quality=96&as=32x24,48x36,72x54,108x81,160x120,240x180,360x270,480x360,540x405,640x480,720x540,1000x750&from=bu&u=4PC1LUx8IWZafTi6GnhyE5b9Ubyr0mGuN9NUTbS83fI&cs=1000x0 (дата обращения: 21.05.2026).
URL: https://i.siteapi.org/dMwnr78CrhKx0Y2rNY1CDSSUN0g=/0x0:1200x673/s2.siteapi.org/095a57e775e641a/img/ck3gg2dd5dcssc4osossokso80kook (дата обращения: 21.05.2026).
URL: https://ergostol.ru/upload/delight.webpconverter/upload/iblock/581/luezzfnik0m5jtn9y9092xwfz68lwi1f.jpg.webp?17187826391087686 (дата обращения: 21.05.2026).
URL: https://irkat.ru/wp-content/uploads/2025/04/Profilaktika-1024x768.jpg (дата обращения: 21.05.2026).
URL: https://rb.ru/media/upload_tmp/shutterstock_663083374.jpg (дата обращения: 21.05.2026).