Роль мультимодального слушания в жизни современного человека

В западной культуре доминирует представление о слушании как о процессе, ограниченном работой ушей: звук поступает в ушной канал, вызывает вибрацию барабанной перепонки, и сигнал передается в мозг. Эта модель не часто подвергается сомнению. Однако повседневный опыт показывает: слушание всегда включает нечто большее. Тело непроизвольно синхронизируется с ритмом окружающих звуков, ритмом музыки (феномен энтейнмента), вибрация низких частот ощущается грудной клеткой, а переживание одних и тех же событий в контексте тихой комнаты или шумной улицы может радикально поменять восприятие одного и того же звукового события.

При этом в сфере звуковых исследований концепции слушания долгое время оставались «слухоцентричными». Экологическое слушание Шейфера фокусировалось на звуковой среде, но не на теле слушателя. Акусматическая традиция предлагала слушать звук в отрыве от источника, культивируя «чистый слух». Реляционное слушание Лоуренс Инглиш вышло к отношению между слушателем и средой, но не специфицировало его сенсорную и материальную природу.

Настоящее исследование обращается к концепции мультимодального слушания, предложенной Стеф Церасо, которая предлагает иной подход, где слушание понимается как мультисенсорное событие, в котором участвуют тело, материалы и контекст. Актуальность темы обусловлена тем, что в повседневной культуре мультимодальный опыт повсеместно распространен, но редко осознается людьми.

Материалом исследования послужили тексты, представляющие пять ключевых подходов к слушанию в sound studies: экологическое слушание Р. Мюррея Шейфера, акусматическое слушание Пьера Шеффера и Мишеля Шиона, Deep Listening Полин Оливеос, реляционное слушание Лоуренс Инглиш и мультимодальное слушание Стеф Церасо. Философскую опору составили работы Мориса Мерло-Понти («Феноменология восприятия»), Жан-Люка Нанси («Listening») и энактивистов Франсиско Варелы, Эвана Томпсона и Элеанор Рош («The Embodied Mind»).

Работа построена как последовательное движение от общей проблемы к конкретному решению. В начале работы кратко рассматриваются четыре концепции слушания, чтобы показать контекст, как люди относятся ко звуку в них. Далее развернуто излагается концепция мультимодального слушания, после чего следуют философские основания, также имеющие общие взаимосвязи с мультимодальным слушанием. Далее на наглядных и знакомых каждому человеку примерах из повседневной жизни демонстрируется присутствие мультимодального опыта и одновременно — то, как может в тех или иных ситуациях проявляться его неосознанность. В конце предлагаются решения, как можно повысить уровень внимания человека к восприятию его окружения.

Источники информации отбирались по своей релевантности к данной теме и проблеме, каждый из авторов прямо или косвенно затрагивает вопрос о том, как звук взаимодействует с телом, материалами и контекстом. Во-вторых, значимость и авторитетность работ для sound studies. Анализ текстов осуществлялся с акцентом на выявление того, что каждая концепция включает в рассмотрение, а что оставляет за рамками.

Ключевой вопрос работы: в какой мере люди осознают мультимодальную природу собственного слушания и что меняется при переходе от неосознанного опыта к рефлексии? Гипотеза данного исследования заключается в том, что в современном обществе люди часто недооценивают, не осознают или недостаточно осознают значение мультимодального слушания в своей жизни.

Задача работы — проверить это предположение и предложить рамку для повышения осознанности.

В аудиальной культуре выделяют пять основных типов слушания:

1. экологическое
2. акусматическое
3. глубокое слушание (deep listening)
4. реляционное
5. мультимодальное

Для понимания, как люди могут относиться к слушанию и воспринимать звук, рассмотрим каждый из данных типов и выделим основные особенности.

Основным представителем экологического слушания является Реймонд Мюррей Шейфер. Им были введены понятия hi-fi и lo-fi звуковых сред, ключевых звуков, звуковых ориентиров. Основная идея данного подхода — слушание не отдельных звуков, а среды в целом.

Важную роль играет практика звуковых прогулок (soundwalks), характеризующаяся внимательным слушанием окружающего мира.

Акусматическое слушание предлагает воспринимать звук таким, какой он есть, вне зависимости от его источника.

В данном слушании также отмечают понятие акусмониума — «оркестра громкоговорителей», используемого для живых исполнений электронной акусматической музыки, которая была заранее записана на физическом носителе.

Ключевые фигуры: Пьер Шеффер, Франсуа Бейль.

Deep Listening — слушание, при котором обращается особое внимание на то, как звуки откликаются, резонируют в теле. Важным является стремление считывать скрытые смыслы, эмоции. Данный подход подразумевает максимальное погружение в слушание, с целью наиболее полно воспринять услышанное.

Яркой представительницей глубокого слушания является Полина Оливерос, которая разрабатывала упражнения и медитации для расширения слухового внимания.

Реляционное слушание — это социальное, перцептивное действие, предполагающее слушание будучи не изолированным индивидом, а непосредственным участником отношений.

Лоуренс Инглиш (австралийский композитор, медиахудожник, основатель лейбла Room40) определяет процесс слушания не индивидуальным восприятием, а событием, возникающем в процессе взаимодействия, слушателя, источника звука и среды.

Вышеописанные подходы рассматривают в основном только слуховое восприятие информации. Глубокое слушание начало затрагивать интонации, язык тела человека, скрытые явления. Лоуренс Инглиш делал акцент на отношении в слушании.

Описанные подходы имеют свою направленность слушания, внимания. Однако они не дают полную картину, задействуя остальные каналы восприятия. Именно это предлагает мультимодальное слушание.

Ключевой фигурой в мультимодальном слушании является Стеф Церасо, доцент кафедры цифрового письма и риторики, факультета английского языка, Университет Вирджинии. Она приходит в sound studies из педагогики, стремясь научить студентов и людей в целом слушать более осознанно в цифровую эпоху.

Данная цитата важна для понимания того, что слушание может включать в себя не только способность слышать с помощью ушей.

Привычку сводить слушание исключительно к работе ушей и интерпретации слышимого контента Черазо называет термином «ear-ing».

Так, термин мультимодального слушания определяется как практика, предполагающая развитие понимания того, как звук формирует различные контексты, материальные объекты и телесные, мультисенсорные переживания, а также как звук сам формируется под их влиянием.

Выделяют следующие измерения мультимодального слушания: — Сенсорное измерение — как звук воспринимается телом; — Материальное измерение — как объекты влияют на звук; — Контекстуальное измерение — как среда формирует слушание.

В связи с тем, что недостаточно учить людей, что звук означает, важно учить их тому, как звук работает и как он воздействует на них — на их тело, поведение, ощущения, Церазо вводит ключевое понятие — переобучение чувств. Целью является отучение от привычки «ear-ing» и наработка навыка замечать то, что всегда происходило, но оставалось в тени.

Один из самых ярких примеров, который использует Церасо — глухая перкуссионистка Эвелин Гленни. Будучи виртуозным музыкантом она не слышит в обычном смысле. Она слушает телом: снимает обувь, чтобы чувствовать вибрацию пола, ощущает резонанс инструментов через руки и грудную клетку, визуально отслеживает свои движения. Гленни показывает, что слушание — это не функция ушей, а способность всего тела резонировать со звуком.

Так, обучение людей восприятию звука как телесного явления может помочь им глубже понять, как звук влияет на их чувства или поведение в различных ситуациях.

У мультимодальнго слушания имеется глубокая философская основа, которая на протяжении XX века постепенно возвращала телу и мультисенсорности их место в теории восприятия. Особенно важны три направления: феноменология тела Мориса Мерло-Понти, философия слушания Жан-Люка Нанси и энактивизм (Варела, Томпсон, Рош).

Морис Мерло-Понти, французский феноменолог, показал, что восприятие — это не работа сознания, а событие, в котором участвует всё тело. Тело — не инструмент, которым пользуется разум, а сама наша точка зрения на мир. Мерло-Понти утверждал, что синестезия (смешение чувств) — это правило, а не исключение: мы слышим твердость булыжников в звуке автомобиля и видим хрупкость стекла в его звуке при ударе. Наши чувства не работают по отдельности — они сплавлены в единый опыт. Тело он называл «узлом живых значений»: оно не пассивно, оно активно участвует в восприятии.

Жан-Люк Нанси, современный французский философ, в книге «Listening» проводит важное различие между двумя типами слушания:

— entendre, «понимать», извлекать информацию, декодировать сообщение — écouter, «внимать», быть открытым резонансу, не стремясь сразу понять смысл

Для Нанси подлинное слушание — это écouter. Это событие резонанса, при котором звук не просто попадает в ухо, а отзывается в теле. Нанси утверждает, что резонанс — это не свойство звука, а структура самого субъекта. Резонанс — это структура субъекта и смысла.

Энактивизм — направление, развитое Франсиско Варелой, Эваном Томпсоном и Элеанор Рош в книге «The Embodied Mind». Его главный тезис: восприятие — это не пассивный прием информации извне, а активное, телесное действие. Организмы не отражают мир — они создают его через взаимодействие со средой.

Энактивизм утверждает три вещи:

1. когнитивные способности коренятся в телесном опыте
2. восприятие и действие неразделимы
3. организм и среда связаны петлей — восприятие меняет среду, а среда меняет восприятие.

Таким образом, мультимодальное слушание — это закономерное развитие давней философской традиции, которая возвращает телу, действию и мультисенсорности их место в теории восприятия.

До сих пор мы говорили о мультимодальном слушании как о концепции в искусстве и науке. Однако мультимодальное слушание постоянно происходит вокруг нас. Мы живем в мире, где звук, изображение, вибрация и движение переплетаются постоянно. Технологии проектируются мультимодально — от игровых контроллеров до систем виртуальной реальности. Общественные пространства наполняются звуковыми ландшафтами, которые влияют на наше поведение. И мы сами, часто не замечая, практикуем мультимодальное слушание каждый день. Рассмотрим примеры.

Человек гуляет по парку. Слышно шуршание листьев, пение птиц, шум ветра в кронах. Ощущается поверхность под ногами, ветер на коже. Видно, как раскачиваются деревья, как меняется свет. Это единый поток, а не отдельные ощущения. Мультимодальное слушание в такой ситуации — это опыт целостного присутствия в мире.

Однако, гуляя по парку человек может думать о работе, списке дел, о прошлом или будущем. Его внимание не окрашено на то, что его окружает. Прогулка становится механическим перемещением, а не источником восстановления. Человек с малой долей вероятности получает удовлетворение в связи с тем, что он не замечает, как все вокруг него (звук, тело, окружение) работает вместе.

Второй пример — прогулка человека в наушниках. Восприятие любимого проигрываемого произведения зависит не только от самой композиции: одна и та же музыка в переполненном вагоне метро и в пустом парке на закате создает два совершенно разных переживания. Или во время дождя ритм шагов может непроизвольно синхронизироваться с ритмом музыки.

Несмотря на такие нюансы прослушивания композиций, музыка нередко выполняет роль «звуковой стены» для отгораживания от окружающего мира. Наушники становятся преградой между человеком и его аудиальным окружением. При этом также не замечается, как восприятие песни меняется в зависимости от контекста, физического состояния или событий вокруг. Не рефлексируется связь между звуком и движением собственного тела. Может спускаться возможность выбора локации для прослушивания композиции и отследить свою реакцию.

Пример три — разговор между людьми. Человеку слышен голос собеседника — интонации, паузы, смех. Видны его лицо, жесты, выражение глаз. Память хранит предыдущие беседы и знает, что этот разговор тоже останется в ней. Такая коммуникация является переживанием другого человека в той или иной степени.

В такой ситуации внимание собеседников может быть направлено на «слова» и упускается «голос», его тембр, ритм, паузы и иные особенности речи. Человек может параллельно обдумывать собственный ответ или отвлекаться на иные факторы, теряя глубину контакта. Осознанное мультимодальное слушание в разговоре предполагает восприятие не только того, что сказано, но и того, как сказано, а также вид лица, ощущение присутствия. Это внимательность к другому человеку во всей его полноте — а не только к передаваемой им информации.

Данные примеры очень просты и знакомы каждомы, но они обладают общей проблемой — неосознанностью. Опыт переживания тех или иных моментов присутствует, однако внимание на них не направлено или направлено слабо. Происходит потеря удовольствия, глубины контакта.

В качестве решения даннго вопроса можно предложить возвращение внимания к тому, что уже происходит. Сделать это можно путем ответа самому себе на следующие вопросы:

• «Что сейчас делает моё тело?» • «Как звук связан с тем, что я вижу и чувствую?» • «Как контекст меняет мое восприятие?»

Это и есть переобучение чувств, которое помогает начать замечать обыденные, повседневные, но ценные моменты.

Проведенное исследование иллюстрирует ситуации в современном обществе, когда люди могут недооценивать или не осознавать значение мультимодального слушания в своей жизни. В данной работе были рассмотрены разные философские работы, касающиеся слушания, и в результате предложены варианты повышения внимания к окружающему нас звуковому пространству.