Заходят как-то в бар

В 2013 году на московской выставке «Маяковский-манифест» на «Винзаводе» экспонировалась работа Александра Джикии «Двое». На ней были изображены стоящие у стены Фрида Кало, почти обнаженная, с револьвером в руке, и хмурый молодой Владимир Маяковский с папиросой. Большинство зрителей восприняли снимок как документальное свидетельство — возможно, редкую фотографическую встречу двух великих бунтарей XX века.

Однако перед ними был великий коллаж, причем с непростой историей: Джикия взял за основу картинку американского блогера Роберта Торена, который в 1983 году совместил изображения Фриды Кало с известного портрета Имоджен Каннингем и тела американской рок-певицы, позировавшей с револьвером. Так на свет появился образ, который массовая культура запомнила как «реальную Фриду», хотя настоящая Кало всю жизнь носила ортопедические корсеты после перенесенной в детстве полиомиелита и страшной трамвайной аварии 1925 года и никогда не позировала обнаженной с оружием.

Еще один коллаж Александра Джикии, известный, кажется, любому с ироничным названием «Единственная фотография Александра Пушкина» на самом деле — совмещение изобажений посмертной маски поэта и его портрета, написанного Орестом Кипренским.

Джикия не одинок в своем интересе к конструированию несостоявшихся встреч. За несколько лет до этого в интернете появилась сенсация: у Владимира Ленина был брат-близнец Сергей, который, согласно публикациям, в детстве был мягче и послушнее, стал предпринимателем, помогал брату деньгами, а после революции уехал на Кубу, куда его пригласил лично Фидель Кастро, и умер в 1965 году в возрасте 95 лет.

Ту же логику конструирования желаемого прошлого мы видим в истории со знаменитым диалогом Альберта Эйнштейна и Чарли Чаплина. 2 февраля 1931 года физик и его супруга по приглашению Чаплина посетили премьеру фильма «Огни большого города» в Лос-Анджелесе.

Проблема в том, что этот диалог — фальшивка. Источником первой версии считается друг Эйнштейна физиолог Янош Плеш, описавший ее в мемуарах 1947 года, но сам Плеш на премьере не присутствовал. Согласно другой версии, которую описал сам Чаплин в журнальной заметке 1933 года, похожую фразу произнес один из сыновей Эйнштейна, когда Чаплин был в гостях у физика в Берлине. Здесь фальсифицирован не визуальный образ, а вербальный — но механизм тот же: остроумный диалог оказался слишком хорош, чтобы не стать «правдой».

Фальсификация визуального ряда имеет долгую историю, уходящую корнями в XIX век. Одним из самых ранних и ярких примеров коммерческой подделки стал «спиритический фотограф» Уильям Мамлер. Ювелир по профессии, он случайно обнаружил, что если использовать пластину, которая уже была экспонирована, на отпечатке можно получить полупрозрачную «призрачную» фигуру.

В марте 1861 года он сделал автопортрет с «призраком» — и началась его карьера. Мамлер работал как медиум, делая портреты живых людей и «захватывая» духов их умерших близких. Спиритуалисты провозгласили эти снимки научным доказательством существования загробного мира. Самой знаменитой клиенткой Мамлера стала Мэри Тодд Линкольн — вдова убитого президента.

Примерно в те же годы, в 1858-м, Генри Пич Робинсон создал снимок «Fading Away» («Угасание») — сцену умирающей девушки в окружении скорбящей семьи. Скандал заключался в том, что эта «документальная» фотография была скомбинирована из пяти разных негативов. На ней не было ни одного реального человека в этой сцене.

Критики обвинили Робинсона в аморальности — изображать смерть как художественную постановку казалось кощунством. Робинсон парировал: фотография не обязана быть документальной. Эта дискуссия о границе между документом и искусством, начатая в середине XIX века, продолжается до сих пор.

Отдельный жанр представляют собой фальсификации, использующие образы детства — возможно, потому, что детство ассоциируется с подлинностью и неиспорченностью. В 1933 году, когда Гитлер уже пришел к власти, американские газеты опубликовали «фотографию Гитлера в младенчестве».

Ребенок на снимке выглядел злобным и угрюмым — идеальная иллюстрация к образу будущего диктатора. Позже выяснилось, что это фотография совсем другого ребенка, американца Джона Мэя Уоррена. Фальсификатор затемнил тени вокруг лица младенца, придав ему зловещее выражение.

Трагическая ирония судьбы: подлинный Джон Уоррен умер в 8 лет, упав с велосипеда и напоровшись на осколок бутылки, и был похоронен под чужим именем — как «тот самый ребенок с фото Гитлера». Этот случай можно поставить рядом с «близнецом Ленина» — и там, и там подделка использует образ ребенка, чтобы воздействовать на эмоциональное восприятие аудитории.

В тот вечер мы праздновали дни рождения — пошли в караоке, а я расплакалась, незадолго до узнала, что общежитие, в котором мы познакомились и где прожили два года закрывается и вот-вот на электронную почту нам придут письма с распределением в новые общежития. Мы знали, что это случится — не в апреле, так в мае — в последний день этой зимы сильно потеплело, снег подтаял и в одной из комнат нашего дома упал потолок. Все, что у нас было здесь, вся наша маленькая жизнь делилась даже не пополам — делилась на всех. Вспышка мигнула и на картинке остались мои друзья в цветных рубашках и чёрных кожанках поющие наши любимые песни и ещё не знающие, сколько времени осталось стоять второму общежитию.

Двойная экспозиция на картинке получилась совсем случайно — я сфотографировала книжный шкаф в кофейне на соседней от нашей станции метро, где мы любили собираться — фотоаппарат сломался, я вставила плёнку в другой, она не промоталась и картинки наложились друг на друга.