Исходный размер 1422x2000
Данный проект является учебной работой студента Школы дизайна или исследовательской работой преподавателя Школы дизайна. Данный проект не является коммерческим и служит образовательным целям
Проект принимает участие в конкурсе

Тени войны. Поствоенное искусство XX–XXI веков: травма, память и сопротивление

big
Исходный размер 600x154

Camouflage Series — Andy Warhol

Война — это не только разрушенные города и миллионы погибших. Она оставляет след в сознании целых поколений: в телах инвалидов, в молчании выживших, в коллективной памяти народов. Если в XIX веке художники ещё могли романтизировать битвы или героизировать солдат, то после Первой и особенно Второй мировых войн искусство радикально меняется. Оно перестаёт быть «красивым» и становится свидетельством, криком, терапией и предупреждением.

big
Исходный размер 783x1000

War Series — Nancy Spero

«После окончания войны неустанно, ежедневно боритесь за мир, потому что в те дни, когда вы не боретесь за мир, вы помогаете войне.»

 — Нурдаль Григ

Меня, как и многих исследователей, завораживает, как художники, пережившие ужасы окопов, Холокоста, Хиросимы, Вьетнама или современных конфликтов, превращают личную и коллективную травму в визуальный язык. Почему Otto Dix в 1920-е годы с такой беспощадной точностью фиксирует разлагающиеся тела и газовые атаки? Почему Francis Bacon в послевоенной Англии искажает человеческие фигуры до состояния сырого мяса? Как Anselm Kiefer в 1980-е работает с пеплом и соломой, чтобы не дать Германии забыть о Холокосте? И как в XXI веке Banksy или Ai Weiwei продолжают эту традицию, используя уличное искусство и инсталляции для критики новых войн и миграционных кризисов?

Otto Dix

Исходный размер 1920x1285

Stormtroopers Advancing Under Gas — Otto Dix

Исходный размер 750x504

Wounded Soldier — Otto Dix

В отличие от экспрессионистов, которые стремились передать субъективный крик души через искажённую форму и яркий цвет, Дикс всё меньше доверяет чистой эмоции. Его интересует не то, как война чувствуется, а то, как она устроена — из каких физических, социальных и моральных осколков состоит.

Исходный размер 497x640

Self-Portrait as a Soldier — Otto Dix

Исходный размер 1200x794

The War (Der Krieg) — Otto Dix

Исходный размер 2000x1313

War Cripples — Otto Dix

Исходный размер 755x649

The Match Seller — Otto Dix

Он показывает не то, что «принято» видеть на войне (подвиг, долг, единство), а то, что война делает с человеческим телом и психикой: изуродованные лица, осколочные ранения, трупные гниения, протезы, ночные кошмары, превращающие человека в автомат или обрубок. В этом смысле искусство Дикса становится шагом к искусству XX века не через гармонизацию форм (как у Сезанна) и не через уход в экзотику и символизм (как у Гогена), а через радикальную честность, граничащую с гротеском и обличением.

Исходный размер 850x207

Hiroshima Panels — Maruki couple

George Grosz

Исходный размер 1500x2000

Pillars of Society — George Grosz

Его стратегия — это сатирическая карикатура как политический диагноз. В отличие от Дикса (который смотрит на войну как на травму) и Бекмана (который смотрит на насилие как на экзистенциальную сцену), Гросс смотрит на Веймарскую Германию как на гниющую помойку, которую правят лицемеры, убийцы и трусы.

В «Столпах общества» он пишет четырёх «уважаемых» граждан: священник, судья, националист, журналист. У них всех напыщенные позы — но их головы откровенно звериные. Фон — горящий город.

Резкая линия, карикатурная деформация, отказ от объёма в пользу плоского, плакатного рисунка. Гросс был иллюстратором — он мыслит как газетный рисовальщик, но с живописной агрессией.

Исходный размер 960x1084

Eclipse of the Sun — George Grosz

Исходный размер 1447x2000

Fit for Active Service — George Grosz

Исходный размер 1470x1900

The Skat Players — George Grosz

Итог эпохи: искусство как обвинение Главное открытие этого периода: художник — не иллюстратор истории, а свидетель и обвинитель. Искусство может быть уродливым, шокирующим, анти-эстетичным — и это оправдано правдой о войне.

Исходный размер 885x1200

The Flag — Georgia O’Keeffe

Pablo Picasso

Исходный размер 900x700

The Charnel House — Pablo Picasso

Стратегия Пикассо в послевоенный период — это кубистическая фрагментация как способ говорить о невыразимом. Если до войны Пикассо разбивал форму ради эстетического эксперимента, то здесь разбивание формы становится этическим актом. Он не может написать тело убитой семьи цельно — потому что реальность сама раздроблена.

Исходный размер 1909x1000

Massacre in Korea — Pablo Picasso

Исходный размер 2000x1554

Dream and Lie of Franco — Pablo Picasso

Пикассо возвращается к фигуративной живописи, когда речь идет о насилии. «Склеп» напоминает «Гернику» (1937), но становится еще мрачнее: здесь нет надежды, только штабеля мертвых тел.

Исходный размер 1151x416

Europe After the Rain II — Max Ernst

«Лицо войны» (1940-1941) — лицо-череп, в глазах и рту которого — бесконечные ряды черепов. Дали использует технику паранойи, чтобы показать войну как бесконечную регрессию ужаса. Травма становится бесконечной.

Исходный размер 736x604

The Face of War — Salvador Dalí

Эта работа швейцарского мастера Пауля Клее, созданная в 1940 году, завершает период позднего творчества художника, отмеченного глубоким экзистенциальным переживанием и обострённой чувствительностью к символическим формам. Эта эпоха в жизни самого мастера была омрачена прогрессирующей болезнью (склеродермией), что коренным образом повлияло на его художественный язык — упрощением палитры, укрупнением знаков и, что самое важное, обращением к архаичным, почти первобытным пиктограммам, позволяющим говорить о невыразимом — о смерти, страдании и неумолимом течении времени.

Исходный размер 634x667

Death and Fire — Paul Klee

Исходный размер 1411x1624

Self-Portrait with Jewish Identity Card — Felix Nussbaum

Этот ряд произведений охватывает период с 1937 по 1960-е годы, фиксируя разрыв между непосредственным переживанием катастрофы и её позднейшими художественными интерпретациями. Эта эпоха отмечена фундаментальным вопросом о возможностях искусства после Освенцима — вопросом, коренным образом повлиявшим на ход развития образного языка: отказом от иллюзорного оптимизма авангарда, появлением «дегенеративного» как единственно честного и, что самое важное, возвращением к фигуративности как акту свидетельства, что положило начало параллельному существованию абстракции и неофигуративной живописи памяти.

Исходный размер 800x642

Refugees — Felix Nussbaum

Исходный размер 2000x1243

Departure — Max Beckmann

Исходный размер 2000x1419

The Mothers — Käthe Kollwitz

Основой композиции является радикальное упрощение формы, почти архаичная монументальность: сбившиеся в тесную группу женщины, прижимающие к себе детей, образуют непроницаемую, словно вырубленную из дерева массу. Особую роль здесь играет чёрно-белый контраст, выполняющий не только пластическую, но и драматическую, погребальную функцию — белый цвет детских лиц, выхваченных из тьмы, и чёрный, поглощающий пространство траурный фон.

Исходный размер 1329x2000

Painting 1946 — Francis Bacon

Исходный размер 850x697

Study after Velázquez’s Pope Innocent X — Francis Bacon

Исходный размер 850x207

Atomic Bomb Dome Series — Iri & Toshi Maruki

Исходный размер 760x300

Hiroshima Panels — Maruki couple

И наконец, «Хиросимские панели» (1950–1982) Ири и Тоси Маруки замыкают этот ряд переходом от европейского крика к азиатской скорбной балладе. Здесь живописный жест — масштабный, повествовательный, почти средневековый свиток — эволюционирует до документальной точности в изображении ада.

Исходный размер 1422x2000

Retroactive I — Robert Rauschenberg

Раушенберг и «Ретроактив I» (1964) На стыке поп-арта и неодадаизма Роберт Раушенберг создает шелкографии, совмещающие образы Джона Кеннеди, астронавтов и хаос повседневности. Это первый художник, который понял: эпоха холодной войны — это эпоха медиа-образов, которые обрушиваются на зрителя потоком. Он предвосхищает информационную перегрузку XXI века. Его работа «Ретроактив I» — коллаж из истории, которая пишется прямо сейчас

Исходный размер 2000x1125

F-111 — James Rosenquist

Исходный размер 2000x1125

Огромное полотно (26 метров), на котором истребитель F-111 проносится сквозь образы американского рая: девочка под феном, пляжный зонтик, атомный гриб, спагетти.

Исходный размер 2000x1125
Исходный размер 1969x1440

Bringing the War Home — Martha Rosler

Рослер вырезает фотографии из журналов Life и House Beautiful и склеивает их. Война во Вьетнаме оказывается в уютной американской гостиной. Она показывает, что война не «там», она всегда «здесь», в нашем сознании, в налогах, в экране телевизора.

Исходный размер 1478x2000

House Beautiful: Bringing the War Home — Martha Rosler

Исходный размер 682x1000

Lipstick (Ascending) on Caterpillar Tracks — Claes Oldenburg

Исходный размер 2356x2776

Angelus Novus — Paul Klee

Особое место в послевоенном искусстве занимает творчество Anselm Kiefer. Работы «Margarethe», «Sulamith» и «Nigredo» посвящены памяти о Второй мировой войне и Холокосте. Художник использует тяжёлые материалы — свинец, солому, пепел, землю — создавая ощущение руин и исторической травмы. Его произведения наполнены символизмом и обращаются к коллективной памяти Германии. В отличие от американского поп-арта, сосредоточенного на критике современного общества, Кифера интересует историческая вина и последствия национальной катастрофы.

Исходный размер 1191x701

Nigredo — Anselm Kiefer

Исходный размер 750x535

Margarethe — Anselm Kiefer

Исходный размер 1245x1440

October 18, 1977 — Gerhard Richter

Серия «October 18, 1977» художника Gerhard Richter посвящена событиям, связанным с леворадикальной группой RAF в Германии. Размытые монохромные изображения, основанные на газетных фотографиях, создают ощущение неясности и утраты.

Исходный размер 1185x1687

CND Soldiers — Banksy

Исходный размер 4311x3064

Napalm reinterpretations — Banksy

Работы Banksy используют язык стрит-арта для критики войны, власти и пропаганды. «CND Soldiers», «Napalm reinterpretations» и вариация «Girl with Balloon» связаны с темами антивоенного протеста, гуманитарных кризисов и современного медийного пространства.

Таким образом, искусство второй половины XX и XXI века демонстрирует постепенное изменение отношения к теме войны. Если художники 1960–1970-х годов сосредотачивались на протесте против конкретных военных конфликтов и критике массовой культуры, то искусство конца XX и начала XXI века всё больше обращается к памяти, травме, миграции и глобальным гуманитарным проблемам. Меняются художественные формы — от живописи и фотомонтажа к инсталляциям, стрит-арту и мультимедийным проектам, — однако главной задачей искусства остаётся попытка осмыслить насилие и его влияние на человека и общество.

Исходный размер 1110x1431

Girl with Balloon— Banksy

Исходный размер 2500x1583

Refugee Life Jackets Installation — Ai Weiwei

Инсталляции Ai Weiwei посвящены миграционным кризисам и судьбе беженцев XXI века. Художник использует реальные спасательные жилеты и огромные надувные лодки, превращая трагедию современности в масштабное художественное высказывание.

Искусство и, в частности, визуальный язык этой эпохи неразрывно связаны с травмой войны, экзистенциализмом и критикой общества потребления. Основным источником информации о мировоззрении художников служат памятники актуального искусства — «живопись действия» Джексона Поллока, шелкографии Энди Уорхола, минималистические кубы Дональда Джадда и эфемерные акции «Флюксус». Основой художественного высказывания в середине века была абстракция (от жесткой манеры де Кунинга до цветовых полей Ротко), тогда как с 1960-х годов на первый план вышли реди-мейд, симулякр и ирония. Особую роль играли новые материалы, выполняющие не только структурную, но и концептуальную функцию. Неон, пластик, бетон и видеомониторы, коллаж из рекламы, узнаваемые повторы банок супа Кэмпбелл — всё это дополняло и формировало особый, узнаваемый облик эпохи постмодерна.

Таким образом, послевоенное искусство XX–XXI веков представляет собой сложный и многогранный культурный процесс, отражающий драматические изменения в истории человечества. Оно демонстрирует стремление художников осмыслить последствия войн, научного прогресса и социальных преобразований, а также найти новые способы выражения человеческих чувств и идей в постоянно меняющемся мире.

Библиография
1.

Murray, Ann. A War of Images: Otto Dix and the Myth of the War Experience. Aigne Journal, University College Cork, 2018. DOI: 10.33178/aigne.vol5.2

2.

Reimers, Anne. Otto Dix and the Memorialization of World War I in German Visual Culture, 1914–1936. First World War Studies, Vol. 16, No. 3, Taylor & Francis, 2025. DOI: 10.1080/19475020.2025.2564009

3.

Круглова, Т.А. «Послевоенный» и «поствоенный»: ценностно-проективное наполнение советской культуры с 1945 по конец 1960-х годов (на материале искусства). Вестник Пермского университета. История, 2024.

Источники изображений
1.2.3.4.5.6.7.8.9.10.11.12.13.14.15.16.17.18.19.20.21.22.23.24.25.

The Burning of the Books — Georg Baselitz (ранняя тема памяти войны): https://encrypted-tbn0.gstatic.com/images?q=tbn:ANd9GcSd7cUnmzlpoXQTcqycb2rI9O13LlmfUN9akw&s

26.27.

The Mothers — Käthe Kollwitz: https://www.moma.org/collection/works/69687

28.

Three Studies for Figures at the Base of a Crucifixion — Francis Bacon:

29.30.31.32.33.34.35.36.37.38.39.40.41.42.43.44.45.46.
Мы используем файлы cookies для улучшения работы сайта и большего удобства его использования. Более подробную информац...
Показать больше