рубрикатор
- концепция
- масштаб
- фрагментация
- отражения и подобия
- отсутствие
- вывод
концепция
Тема выбрана потому, что серия Хокусая представляет собой редкий случай, когда художник намеренно ставит перед собой задачу многократными вариациями одного мотива приблизиться к осознанию его абсолютной величины, но, как мы увидим, это приближение принципиально невозможно завершить. Вместо того чтобы дать одно «совершенное» изображение горы Фудзи, Хокусай создаёт более ста гравюр, меняя ракурс, масштаб, контекст и даже сам способ присутствия горы в кадре. Это позволяет рассматривать серию не как простой альбом пейзажей, а как экспериментальную установку, проверяющую границы репрезентации. В качестве теоретической рамки выступает кантовское понятие «математического возвышенного» — чувства, возникающего при осознании, что никакое чувственное созерцание не способно охватить абсолютно великий объект. Серия Хокусая даёт уникальную возможность увидеть, как это философское положение работает на конкретном визуальном материале: гора Фудзи оказывается принципиально неисчерпаемой, сколько бы видов на неё ни было создано.
принцип отбора материала и обоснование рубрикации
В визуальном исследовании я не стремлюсь продемонстрировать абсолютно все гравюры из трехтомника «Fugaku Hyakkei», но хочу показать основные принципы, используемые художником в попытке изобразить возвышенное.
Главы как раз отражают эти принципы:
- Стратегия масштаба — анализ гравюр, где Фудзи меняет свои пропорции, не давая зрителю найти устойчивую меру.
- Стратегия фрагментации — разбор гравюр, где гора закрыта или разрезана другими объектами, что обнажает невозможность увидеть целое.
- Стратегия косвенного образа — исследование отражений и намёков, расширяющих понятие «вид» до бесконечности.
- Стратегия пустоты — анализ гравюр, где гора почти или полностью отсутствует, провоцируя работу воображения.
принцип выбора и анализа текстовых источников
В работе используются два типа источников. Первичный — «Критика способности суждения» Иммануила Канта (перевод Н. М. Соколова). Из неё цитируются фрагменты параграфов 25–26, касающиеся математического возвышенного. Вторичные источники — искусствоведческие исследования серии «100 видов Фудзи», а также комментарии к Канту (Жан-Франсуа Лиотар). Анализ строится как визуальное доказательство: каждая гравюра рассматривается как аргумент в пользу гипотезы.
ключевой вопрос и гипотеза
Ключевой вопрос: каким образом Хокусай через чисто визуальные средства создаёт у зрителя ощущение, что гора Фудзи принципиально неисчерпаема, даже несмотря на то, что он даёт более ста её изображений?
Гипотеза: Математическое возвышенное в понимании Канта возникает из осознания, что никакое чувственное созерцание — ни одна гравюра, ни сто, ни тысяча — не способно полностью охватить и исчерпать объект, который по своей идее бесконечен или абсолютно велик. Хокусай, создавая 100 (фактически 102) видов Фудзи, не приближается к «полному знанию» горы, а напротив демонстрирует, что гора принципиально неисчерпаема. Именно это осознание собственной ограниченности перед лицом бесконечного и вызывает, по Канту, чувство возвышенного. Таким образом, серия «100 видов Фудзи» функционирует как визуальный эксперимент, в котором количественное накопление изображений служит не инструментом познания, а способом эстетически пережить границы собственного воображения.
масштаб
Гора Фудзи в гравюрах Хокусая никогда не имеет устойчивого размера. На одном листе она занимает почти всё пространство, на другом — теряется на горизонте среди крошечных лодок или рисовых полей. Зритель не может найти единый масштаб, который позволил бы охватить гору целиком
«Гора Фудзи в прекрасную погоду» «Фудзи. Снегопад» «Фудзи. Гроза»
«Фудзимигахара» «Омори. Фудзи подобна парусу»
На других работах Фудзи и вовсе сопоставляется по своей величине с героями гравюры
«Фудзи в Эдо. Золотое архитектурное украшение в виде рыбы» «Человек, чистящий фонтан, кажется, что он вот-вот доберется до вершины Фудзи»
Гора в разных ракурсах может взаимодействовать с окружающей средой
«Фудзи под мостом» «Фудзи, принимающая душ. Фудзи под водопадом»
Фудзи под мостом
«Золотой закат, отражающийся в воде, солнце на вершине горы Фудзи»
фрагментация
Если же подойти слишком близко, то глазу требуется некоторое время, чтобы полностью произвести схватывание от основания пирамиды до вершины; при этом всегда частично затухают предшествующие части, прежде чем воображение успевает воспринять последующие, и соединение никогда не бывает полным.
Фрагментация у Хокусая — это тот же эффект. Воображение вынуждено «дорисовывать», но это дорисовывание никогда не завершается.
«Паломники, скользящие по горе Фудзи»
«Рисовые поля у подожия Фудзи»
«Пещера в скале Фудзи»
далее представлены гравюры, где гора видна «сквозь», и именно препятствие на переднем плане заставляет зрителя дорисовывать недостающее в воображении, испытывая его пределы
«Фудзияма сквозь ограду» «Фудзи сквозь сетку паутины» «Фудзи. Внезапный дождь»
Соседство красильщика с Фудзи
«Фудзи, морская волна»
«Фудзи в неводе»
Хокусай часто использует облака не как декорацию, а как активный инструмент фрагментации. Облака накрывают гору, разрезают её пополам, прячут вершину или основание, заставляя зрителя домысливать скрытое. При этом Хокусай называет свои гравюры причудливым образом (например: «Фудзи под зонтиком или в шляпе. Облако Касагумо.»). Мне кажется, этот элемент усиливает ощущение непостижимости возвышенного через свою абсурдность
«Фудзи под зонтиком или в шляпе. Облако Касагумо.» «Водяная мельница и Фудзи, облако вокруг Фудзи подобно поясу» «Фудзи иногда белая, а иногда черная…» «Фудзи. Закат в Симадагахар»
Хокусай помещает Фудзи внутрь жёсткой рамки, тем самым сознательно ограничивая поле зрения. Зритель видит гору, «вписанную» в чуждую ей геометрию. Это создает диссонанс: на одних работах мы видим гору большой и могущественной, а на других — заточенной в рамки
«Поэт, вдохновленный Фудзи» «Фудзи от берега моря» «На что еще он мог указать, кроме Фудзи» «Вид Фудзи из пещеры»
отражения и подобия
Что считать видом Фудзи? Хокусай расширяет это понятие до предела. В серию включены не только прямые изображения горы, но и её отражение в воде, в лакированной поверхности, в чаше с вином. Тем самым художник показывает: число возможных видов принципиально бесконечно, ведь каждый новый объект, отражающий или напоминающий гору, порождает ещё один вид.
«Отражение горы Фудзи в чаше с вином»
«Фудзи отражается в водной поверхности. Полет диких гусей»
«Фудзи в комнате»
Чем нестабильнее отражение, тем меньше зритель может доверять своему глазу. А когда гора предстаёт только как мечта птицы, мы имеем дело с образом образа — с представлением, оторванным от оригинала. Хокусай таким образом показывает, что Фудзи может быть везде и нигде одновременно.
«Гора Фудзи, отражаемая в донных волнах»
«Фудзи, это прекрасная мечта птицы»
Играя с формой, Хокусай переносит величие Фудзи с самой горы на акт её созерцания. Кант писал: возвышенное следует искать не в объекте природы, а в нашей душевной настроенности. Именно это Хокусай и демонстрирует: абсолютно великое не нуждается в буквальном изображении
«Фудзи после снегопада»
отсутствие
В этой главе я обращаюсь к гравюрам, на которых Фудзи изображена очень условно. Хокусай намеренно создаёт дефицит видимости. Гора либо спрятана, либо затемнена, либо растворена в тумане, либо требует активного поиска. В этой игре присутствия и отсутствия Хокусай находит самую чистую формулу математического возвышенного: абсолютно великое нельзя показать, его можно только подразумевать. И в этом подразумевании, в этой пустоте, Фудзи становится по-настоящему бесконечной, потому что её ничто не ограничивает, кроме нашего воображения, которое пытается заполнить пробел.
«Черная Фудзи. Рассвет»
«Путники, разжигающие трубки. Фудзи в тумане»
«Гора Фудзи в дымке и тумане.»
«Фудзи, возвышающаяся над берегом, рисовые поля»
«Внимательно вглядитесь и обнаружите Фудзи в деревне Асуми»
вывод
Опираясь на кантовское понятие математического возвышенного, я выдвинула гипотезу: гора Фудзи предстаёт в этой серии как «абсолютно великое» — объект, который невозможно полностью охватить чувственным созерцанием, сколько бы изображений ни было создано. Хокусай не стремится дать окончательный, совершенный образ горы. Напротив, он последовательно демонстрирует её неисчерпаемость. Количественное накопление видов служит не познанию объекта, а переживанию его принципиальной непознаваемости. Каждая гравюра возвращает нас к одному и тому же: абсолютно великое неисчерпаемо, и именно в этой неисчерпаемости — подлинная суть возвышенного.
Кант И. Критика способности суждения / пер. с нем. Н. Соколова. — Москва: Искусство, 1994.
Хостикян Л. Г. Образы буддизма в творчестве Кацусика Хокусая // Научные труды. 2019. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/obrazy-buddizma-v-tvorchestve-katsusika-hokusaya/viewer (дата обращения: 19.05.2026).
https://www.liveinternet.ru/users/3168528/post126843213/# (дата обращения: 19.05.2026)