Original size 2000x3000

Один среди многих: визуальные функции толпы в голливудском кино 1910-х — 1930-х годов

PROTECT STATUS: not protected
This project is a student project at the School of Design or a research project at the School of Design. This project is not commercial and serves educational purposes
The project is taking part in the competition

Рубрикатор

Концепция
Маска как зрелище
Порядок и повторение
Личность внутри массы
Когда масса становится угрозой
Библиография
Источники изображений

Концепция

На лестницах вавилонского дворца множество людей подчёркивает величину архитектуры. На сцене музыкального фильма танцующие фигуры складываются в строгий геометрический узор. В пространстве фабрики повторяющиеся движения рабочих подчинены машинному ритму Перед тюремными воротами скопление горожан превращается в угрозу. Во всех случаях на экране появляется масса, но её художественная роль меняется вместе с организацией изображения.Для кино важны не только количество участников массовой сцены, но и расстояние между ними, положение относительно отдельного героя, общая траектория движения и выбранная камерой точка зрения. Толпа способна заполнять пространство, образовывать самостоятельную композицию или выделять одного человека на фоне множества.

Выбор темы связан с тем, что массовая сцена позволяет рассматривать одновременно несколько возможностей киноязыка: множество человеческих фигур может обозначать размеры пространства, создавать ритмический рисунок или менять положение отдельного персонажа внутри композиции. В зависимости от способа изображения группа становится не только участником действия, но и средством выражения порядка, противоречия, напряжения или чувства общности.Период 1910-х — 1930-х годов представляет особый интерес благодаря разнообразию форм американского кино: в эти десятилетия развиваются способы организации масштабных постановок, усложняются операторские и монтажные решения, а появление звукового кино открывает новые возможности работы с коллективным ритмом. Сопоставление различных жанров и художественных подходов позволяет увидеть, как сходные средства создают разные смыслы.

Как композиция, масштаб изображения, ракурс, движение и монтаж определяют визуальные функции толпы в голливудском кино 1910-х — 1930-х годов?

В голливудском кино 1910-х — 1930-х годов толпа выступает не только фоном повествования, но и самостоятельным средством художественной выразительности. В зависимости от способов визуальной организации множество людей может создавать зрелище, выражать порядок, подчёркивать положение отдельной личности или воплощать коллективную угрозу.

Исследование разделено на четыре визуальных функции толпы: создание зрелища, выражение порядка и повторение, обозначение положения личности внутри множества и формирование образа коллективной угрозы. В центре каждого раздела находится вопрос о том, каким образом организация человеческих фигур меняет смысл экранного пространства и действия.Массовая сцена способна одновременно создавать зрелищный эффект, выстраивать определённый ритм и подчёркивать одиночество человека. Поэтому анализ строится на сопоставлении композиции, крупности плана, ракурса, плотности и направления движения фигур, света и монтажных переходов. В случаях, когда значение определяется развитием события, рассматривается последовательность изображений.

Текстовые источники отбираются прежде всего по их применимости к визуальному анализу. Приоритет отдаётся научным исследованиям, которые предлагают понятия для описания композиции, мизансцены, крупности плана, операторских решений, ритма и монтажа.

Маска как зрелище

В исторических эпопеях толпа не просто заполняет пространство: благодаря множеству человеческих фигур зритель может оценить высоту стен, размеры площадей и размах события. Массовая сцена становится самостоятельным зрелищем внутри повествования — проявлением аттракционного начала, которое сохраняется и в сюжетном кино. [4]

В «Нетерпимости» люди теряются у подножия вавилонских башен и среди гигантских колонн. Повторение архитектурных форм создаёт строгий каркас, тогда как движение толпы позволяет почувствовать глубину пространства. Вавилон становится выразительным экранным образов, помогающий погрузиться в антураж того времени. [1]

«Нетерпимость», 1916 год

Вавилонское шествие соединяет передний и дальний планы: движение людей следует линиям лестниц и улиц, направляя взгляд в глубину изображения. В свою же очередь, сцена с синем тонированием обладает обратным эффектом — человеческие фигуры становятся маленькой цепочкой среди обширного пустого пространства. В обоих случаях масштаб создаётся отношением массы к окружающей среде.

«Нетерпимость», 1916 год

В «Бен-Гуре» городская процессия превращает улицу в поток согласованно движущихся фигур. Иначе устроена арена: на общем плане зрители заполняют трибуны сплошной массой, которая обрамляет гораздо меньшую площадку гонки. Человеческое множество позволяет передать грандиозность соревнования ещё до начала стремительного действия. [6]

«Бен-Гур», 1925 год

С переходом от общей панорамы арены к столкновению колесниц зрелище меняет характер. Пыль, колёса и движущиеся тела заполняют изображение, а более близкие планы подчёркивают скорость и опасность. Монтаж соединяет пространственный размах массовой сцены с напряжением отдельного эпизода.

«Бен-Гур», 1925 год

Оба фильма превращают толпу в композиционный инструмент, но используют его по-разному. В «Нетерпимости» множество прежде всего раскрывает монументальность пространства, в то время как в «Бен-Гуре» оно задаёт размах зрелища, которое затем развивается через движение и смену планов.

Порядок и повторение

Повторение превращает отдельные человеческие фигуры в единый визуальный рисунок. В «42-й улице» согласованность движений создаёт зрелище, а «Новых временах» — порядок фабричного труда. Внешнее сходство этих систем позволяет увидеть главное различие: кто управляет общим ритмом и какое место в нём остаётся человеку. [5]

Съёмка сверху в музыкальном номере «I’m Young and Healthy» превращает группы танцовщиц в концентрические круги и расходящиеся линии. Лица отходят на второй план, а согласованное движение становится главным содержанием сцены. Человеческие тела складываются в подвижный «орнамент массы». [10]

«42-я улица», 1933 год

Ряд одновременно поднятых ног образует ритмический узор даже без изображения лиц. Общий план возвращает телам целостность, но подчёркивает ту же повторяемость: единичный жест превращается в форму, создаваемую всей группой. Смена крупности позволяет увидеть один принцип организации на двух уровнях.

«42-я улица», 1933 год

В начале «Новых времён» монтаж сопоставляет стадо овец с потоком людей, идущих на работу. Сходное направление движения превращает скопление фигур в образ повседневного подчинения общему маршруту.

«Новые времена», 1936 год

На конвейере повторение становится ещё жёстче: скорость задаёт машина, а рабочим остаётся подстраивать под неё свои движения. Огромное лицо руководителя на экране резко контрастирует с небольшой фигурой рабочего. Разница масштабов делает производственную иерархию зримой: контроль занимает центр изображения, человек — подчинённое место. [1]

«Новые времена», 1936 год

Один среди многих: визуальные функции толпы в голливудском кино 1910-х — 1930-х годов
Project created at 16.11.2026
designschool.am
designschool.am — цифровая экосистема, объединяющая профессиональное портфолио для дизайнеров — студентов, выпускников и сотрудников программы «Коммуникационный дизайн» (совместный проект Российско-Армянского Университета и Школы дизайна НИУ ВШЭ), образовательную онлайн-платформу, площадку, агрегирующую международные онлайн-конкурсы в креативных индустриях и другие профессиональные инструменты.... Show more
We use cookies to improve the operation of the website and to enhance its usability. More detailed information on the use of cookies can be fo...
Show more